Сам я не могу составить тебе компанию, а ты уходи. Юлия сделала это давно, и я не осуждаю ее за это. Она свободна в своих поступках. Будешь свободен и ты. Умизан привстал на дыбы, подергивая хвостом, как огромная кошка. Потом опустил копыта и замер. Кожа в его паху сморщилась и разгладилась. Он фыркнул. Слезы навернулись на глаза Эсториана первые слезы за весь этот долгий qegnm.
Да, брат. Такова жизнь. Утром я отошлю тебя. Сенель помотал головой. Эсториан ласково огладил его шею.
Это не навсегда, мальчик. Только до тех пор, пока я не покину Кундри'дж.
Он понимает вас? Голос оленейца звучал удивленно. Эсториан соскользнул с седла и запустил пальцы в густую лоснящуюся гриву.
Это мой четвероногий братец, сказал он. По одной из совсем уж сумасшедших ветвей нашего рода. Корусан обошел вокруг жеребца. Уши сенеля поворачивались за ним, но он больше не пытался прижать их к черепу. Любопытно, подумал Эсториан. Умизан не терпел незнакомцев, особенно асаниан. Но этому мальчугану он даже позволил погладить себя, что означало высокую степень приязни.
Он очень хорош, сказал Корусан.
Можешь проехаться на нем, позволил Эсториан.
А он разрешит мне?
Об этом спроси у него сам. Корусан протянул руку к наморднику жеребца. Он не сказал ни слова. Но Умизан, дружелюбно всхрапнув, ткнулся носом в протянутую ладонь. Корусан принял поводья и, ухватившись за гриву сенеля, птицей взлетел в седло. Он держался совсем неплохо. Асаниане знают толк в верховой езде. Он управлял Умизаном легко, но без излишней фамильярности. Жеребец, повинуясь воле наездника, проделал несколько сложных курбетов и закружился в танце, взрывая копытами песок. Эсториан не видел лица оленейца, но чувствовал, что он улыбается. Он бросил жеребца вперед и заставил его замереть в двух шагах от хозяина. Глаза черного воина блестели, но голос был холоден, как зимняя ночь.
Да, вам следует отослать его в стадо. Ему не нравится здесь.
Он и тебе успел об этом сказать? Эсториан ощутил укол ревности.
Мне кажется, мы поняли друг друга. Он вновь погнал голубоглазого красавца по кругу, затем спешился и подвел его к Эсториану. Умизан, коротко заржав, ласково ткнулся мордой в хозяйское плечо. Эсториан улыбнулся. Ревность его улеглась. Из конюшни они возвращались бок о бок. Мужчина и его тень. Император и его оленеец.
ГЛАВА 27