Тут он вспомнил о камере, установленной над входной дверью. Открыв приложение в телефоне, Игнат внимательно просмотрел запись и аж вскрикнул от увиденного. Оказывается, пока он спал, Ян собственной персоной подходил к его квартире и оставил что-то под ковриком у двери. Какую-то записку. Ему или Лиле. Как мило, записочки под ковриком. Так делал он давным-давно, когда еще учился в школе.
На кухне наступило молчание (наворковалась с этим ублюдком?). Игнат вошел в комнату и, приблизившись к Лиле, остановился перед ней, сжимая в руке телефон.
Она сидела, закинув ногу за ногу, отчего ее шелковый халатик задрался, оголив бедро.
– Ты так сладко спал, что я не стала тебя будить, – сказала она, посмотрев на мужа уставшими, но при этом счастливыми глазами. – Как твоя голова? Ты так и не обработал рану. Давай я…
– С кем ты сейчас разговаривала по телефону? – резко перебил он ее.
– Почему ты спрашиваешь?
– Ты не можешь ответить?
Едва заметная блуждающая улыбка на ее лице исчезла.
– Я разговаривала с Луизой, мы обсуждали выставку. Доволен? – раздраженно бросила она.
– А мне кажется, ты лжешь. Я в курсе твоей интрижки.
Лилин уставший взгляд стал враждебным.
– Что?
– Не надо притворяться, я все знаю о вас с Яном, – он наклонился к Лиле, едва не касаясь ее.
– Каким еще Яном? Ты о чем вообще говоришь?
Игнат резко схватил ее за руку и, рывком подняв со стула, несколько раз встряхнул.
– Не нужно мне врать! – заорал он, брызгая слюной ей в лицо.
– Отпусти! Мне больно! – Лиля выдернула руку, отшатнувшись от него. Несколько секунд она недоуменно, точно не веря в происходящее, смотрела на мужа блестящими от слез глазами, а потом резко сорвалась с места и побежала в спальню, захлопнув за собой дверь.
Игнат было бросился за ней, но, остановившись перед закрытой дверью, сел на пол и схватился за голову. Он чувствовал, что жена от него что-то скрывает. И он выяснит это.
Через пару минут из комнаты вышла Лиля, одетая в джинсы и вязаный свитер, и прямиком направилась в коридор. В руках у нее была дорожная сумка.
– Ты едешь к нему? – сдавленным голосом спросил Игнат.
– Я еду к родителям! – фыркнула она, накидывая на себя пальто.
– Я знаю о вашей связи. У меня есть доказательства, – он ткнул ей в лицо телефон с записью камеры. – Что ты на это скажешь?
Лиля тихо ахнула, посмотрев на него ошарашенным взглядом, наполненным жалостью и страхом. По ее щекам текли ручейки слез. Всхлипывая от рыданий, она, быстро попятившись к двери, вылетела из квартиры как ужаленая.
– Долбаная сука! Ну и беги к нему! – крикнул он ей вслед.
Тяжело дыша, Игнат раз десять просмотрел запись с камеры, мучая себя точно мазохист.
Чего добивается этот Ян? Хочет убить его? Подстроить все как несчастный случай? Что за игру он затеял?
Открыв входную дверь, Игнат поднял коврик и взял записку.
Кривым, словно перекошенный штакетник, почерком было написано: «Жду тебя сегодня в отеле „Сияние“ номер 37».
– Хорошо, я устрою тебе незабываемую встречу, чертов ты ублюдок, – угрожающе прошептал Игнат записке, и от этого у него даже поднялось настроение.
Он надел пальто, взял биту и покинул квартиру. Выйдя на улицу в черноту, он долго искал свой «Макан», пока не вспомнил, что оставил его на месте ДТП. Пришлось вызывать такси.
Всегда нужно начинать с главного, а сейчас главное для него – покончить с этим психом.
Сев на заднее сиденье, он уставился в окно. В машине было влажно, воняло мокрой шерстью и дешевым табаком. Болтливый таксист всю дорогу трещал про плохие дороги, дорогой бензин и продажных чиновников. Но Игнат его не слушал, он задумчиво смотрел на туман, грязным покрывалом висевший над Невой. Этот туман показался ему живым, неким огромным червяком, продвигающимся по улицам, заползающим в кафе, пышечные, бакалейные, жилые дома.
Все вокруг было размыто, как и мысли Игната. На какой-то миг он даже забыл, для чего и куда вообще едет, но потом, нащупав в кармане записку, все сразу же вспомнил.
Остановившись перед трехэтажным невзрачным зданием, он вылез из такси и вошел в мини-отель «Сияние».
Зря он переживал, что его не пропустят. Сидевшая на ресепшене девушка спросила, из какого он номера, а получив ответ, спокойно протянула ему металлический ключ с деревянным брелоком и снова уткнулась в книгу.
Пока он шел по узкому коридору, оклеенному выцветшими зеленоватыми обоями, его вдруг охватило такое яркое предчувствие чего-то нехорошего, что он даже остановился. Нечто (опять этот противный тоненький внутренний голосок) подсказывало ему немедленно развернуться и бежать отсюда.
Дернув головой, точно стряхивая дурные мысли, Игнат решительно двинулся дальше. Остановившись перед 37-м номером, он легонько толкнул дверь. Она оказалась не запертой, и доктор вошел внутрь. Крепко сжатая бита в руках придавала уверенности.
