Камилла обреченно кивнула. Она глотала горячую похлебку, обжигающую горло, а совсем слетевший с катушек Артем принялся нежно гладить ее ноги, приговаривая:
— Ты такая прелестная, что во мне все взрывается от желания. Я жду не дождусь, когда родится этот ублюдок, чтобы, наконец, заняться с тобой любовью, и поблизости при этом не было бы и малейшего напоминания о существовании белобрысой скотины!.. Эх, была б моя воля, я бы сам, голыми руками вырвал бы из тебя это отродье и погрузился в твое тело, забыв свое имя... — Камилла с ужасом смотрела на его лихорадочно блестящие глаза и не могла проглотить вставший в горле кусочек хлеба. — А хотя, почему я, собственно, должен так долго терпеть! Плевать на эту гадость в твоем животе, я просто сделаю вид, что ее здесь нет! Я жду уже слишком долго, слишком!..
В это самое время Лидия вышла из машины и огляделась по сторонам, уперев руки в бока. Они припарковались у небольшого мотеля.
— Этому идиоту не скрыться от меня, — с неподвижным лицом сказала она. — Я чувствую, что он где-то рядом. Что ты узнал?
— Ничего такого, что могло бы нас порадовать, — развел руками Артур, — здесь днем остановилась пожилая пара, трое молодых мужчин, папа с дочкой рано утром, только что приехали две сестры...
— Стоп! Что насчет папы с дочкой? — сразу же насторожилась Лидия. — Они еще здесь?
— Да, но мне кажется... — скептически протянул он.
— Надо проверить, идем! — не стала его слушать она. — Заходим!
Камилла в ужасе смотрела, как распаляется мерзавец, смотря на нее, как он снимает рубаху, и у нее уже не оставалось сомнений в том, что он собирается делать. Отчаянно вскрикнув, она отпихнула его от себя и вскочила с кровати. Едва не упав из-за того, что за целый день ноги ужасно затекли, Камилла кинулась к дверям.
—Дрянь! — прошипел Артем и бросился за ней.
Камилла уже схватилась за ручку и потянула дверь на себя, чувствуя, как та легко поддается — к счастью, чокнутый просто забыл закрыться изнутри! В это мгновение Артем одним прыжком сократил между ними расстояние, ухватившись за блеснувшую в ее волосах сережку. Вскрикнув от резкой боли, Камилла зашаталась, с ужасом понимая, что сейчас неизбежно рухнет, сильно стукнувшись животом… Через доли секунды Артем задохнулся, поняв, что натворил... на пол закапала ее кровь.
Тимур снял мешок с головы профессора, и тот испуганно заморгал, не понимая, что происходит. Но когда он увидел знакомое лицо, до него быстро дошло, что к чему; он нагло заулыбался, свободно разваливаясь на стуле, будто это был трон в пустом королевском зале.
— Эх, ты все никак не уймешься, — покачал он головой. — Пойми, что не сможешь ничего сделать против нас, мальчик. Пора тебе уже покориться. Признай, что ни на что не способен. Ты всегда был мелким, ничтожным человечишкой, никогда не был выдающимся сыном, студентом, врачом, мужем... Смирись, наконец, и прекрати сопротивляться неизбежному: мы велики, нас не победить!
— Меня не впечатляет ваше величие, — вкрадчиво охладил его пыл Тимур, скептически приподняв бровь. — И лучше бы тебе рассказать мне все, что знаешь, если не хочешь, чтобы я сделал тебе больно.
— А что ты мне сделаешь? Мне не страшны никакие пытки! Можешь прижигать мне кожу раскаленной кочергой, бить плетью, отрезать пальцы, тушить об меня сигареты, поливать кислотой или кипятком — я не сдам своих! Лучше убей меня сразу и не трать свое время!
— Ох, нет, смертью ты не отделаешься, — сказал Тимур, медленно доставая из кармана брюк нож. — И я вытрясу из тебя всю нужную мне информацию, поверь, ты расскажешь мне, где прячут мою Камиллу.
— Проблема в том, что ты видишь всего лишь кучку обезумевших людей, верящих в своего мифического бога... Но за всем этим фасадом притаилось кое-что по-настоящему мощное и древнее, такое, что тебе и не снилось! Я — ученый, и раньше не верил во что-то подобное, но... Теперь я вижу, что даже если этого Бога не существовало раньше, то теперь мы сами Его создали, своими мыслями, Он настолько прочно осел в наших головах, что теперь Он реален, как ты или я, и Он очень силен. Не рекомендую тебе с Ним тягаться. Это плод мыслей миллионов людей, так сильно желающих, чтобы Он существовал, что теперь этот Бог витает в воздухе повсюду, бойся и трепещи, Он прямо за твоей спиной! Узри же, что мысль — это материя, оглянись и взгляни Прародителю в глаза! Слышишь Его дыхание?..
Тимур моргнул, на мгновение почувствовав, что сзади зашевелился в воздух. Это было невозможно, но ему почудился звериный запах, нестерпимо щекочущий ноздри… Возможно ли, что мысли тысяч сумасшедших, жаждущих одного и того же на протяжении многих лет, смогли сотворить чудовище, пожирающее любовь?..
— Не пытайтесь меня запугать, — резко тряхнув головой, решительно произнес он, и наваждение исчезло.
— Я же уже сказал, что у тебя ничего не выйдет! — гордо вскинул голову Коромыслов. — Можешь делать со мной все, что только пожелаешь, но меня не сломить!
