Он сидел в гостях у Артема. Тот, казалось, был рад его видеть; он ни слова не сказал о том, что Тимур больше не приходил сюда с того памятного вечера, когда Артем пылко признался своему юному другу в любви.
— Отвратительно себя чувствую! — отрешенно потирая висок, продолжал Тимур. — Конечно, я притворился, что поверил в ее несусветное вранье про мою несчастную погибшую мать!
— Н-да, — задумчиво почесал подбородок Артем, — странно. Глупо было в этой ситуации ей отпираться — она ведь только хуже сделала. Ей выпал отличный шанс признаться тебе во всем и покаяться… Но твоя мать его упустила.
— Я непременно докопаюсь, почему она меня бросила, — сжал руки в кулаки Тимур, — и выясню, кто мой отец. Чувствую, что попасть в эту клинику — это судьба, а не просто случайное стечение обстоятельств.
— Конечно, ты прав, случайностей не бывает, — пожал плечами Артем, — и не случайно ты сегодня вспомнил именно обо мне, а не об этой своей Саше. Я очень рад, что ты пришел, что ты сейчас здесь, со мной.
Совершенно неожиданно он протянул руку и положил ее на плечо Тимуру так, что тот вздрогнул.
— Ты слишком напряжен, мой друг, — мягко улыбнувшись, укоризненно покачал головой Артем. Он встал с дивана, быстро обошел его и оказался у Тимура за спиной, — тебе нужен массаж, чтобы расслабиться, — проворные руки тут же принялись массировать его плечи.
— Ой, нет, спасибо, не стоит! — так и подскочил на месте Тимур.
— Но я настаиваю, — усилием рук опустил его на место Артем. — Расслабься, Тимур… Или ты мне не доверяешь? Неужели ты боишься, что я начну тебя насиловать?
Тимур нервно кашлянул.
— Конечно, я тебе доверяю, Артем, — выдавил он из себя слабую неестественную улыбку, — но, кажется, массаж — это уже слишком…
— Так, Тимур, — обиженно прервал его Артем, — сейчас ты расслабишься, закроешь глаза и забудешь о том, что я когда-то признавался тебе в любви. Мне бы не хотелось, чтобы из-за моей искренности ты стал меня избегать. О`кей?
Тимур обреченно вздохнул и позволил Артему массировать себе плечи, хотя расслабиться у него, конечно же, не получилось.
***
— Диана, вспомни, ты обещала мне, — притворно скуксился Кирилл.
Диана не смогла сдержать улыбки при виде его обиженной мины.
— Ну хорошо-хорошо, — сдалась она. — Закрывай дверь и садись ко мне ближе.
Завязав на нем фартук, девушка торжественно произнесла:
— Этот нетронутый материал предназначен для тебя!
Кирилл неуверенно взглянул на бесформенную массу на столе.
— И что же мне с этим делать? Ты забыла, что я в первый раз себя пробую в роли скульптора, и мне нужна твоя помощь!
— А здесь и не нужно быть скульптором, — засмеялась Диана, — пусть твои руки не умеют чего-то, но они чувствуют. Это главное. Ты можешь лепить, как получается, ты можешь лепить свои эмоции, а не что-то определенное.
— Ой, легко тебе говорить, — недовольно проворчал Кирилл.
— Ну же, попробуй, — не сдавалась Диана, — просто слепи то, что ты сейчас чувствуешь.
— Что я чувствую? — Кирилл взглянул на Диану и задумался. Он чувствовал, что счастлив находиться с ней в этой комнатке, в этом ее маленьком убежище, счастлив спрятаться от всеобщей скорби, которая поглотила весь их дом. Диана уже не выглядела такой бледной и больной, как вчера, ее черные глаза вновь ожили, в них появился мягкий блеск и еще что-то, очень похожее на радость.
Его пальцы вдруг сами по себе заработали, пытаясь соорудить из бесформенного материала нечто такое, чего еще не было в этой комнате и в этом мире.
В городе ночь очень быстро сменяет утро — начало нового дня. Рассвет — это особенный момент; завтра превращается в сегодня, будущее становится настоящим, и все секреты либо остаются похороненными в ночи, либо всплывают на поверхность. Есть тайны, которые невозможно долго скрывать. Сегодня Кристина поняла это, получив очередное анонимное послание. Она в бешенстве отшвырнула телефон и встала с постели. Если ей не хочется потерять Тимура, нужно обязательно рассказать ему правду. Иначе этот человек, кем бы он ни был, выставит все перед ним в самом неприглядном свете и разрушит все. Кристина подозревала, что это может быть Алексей, но не была уверена в этом до конца. Ей не хотелось так думать про него, в конце концов, он всегда помогал ей, был настоящим другом и никогда ничего не просил взамен. А теперь оказалось, что он любит ее.
Тимур тем временем шел на работу с наушниками в ушах, погруженный в свои мысли и переживания. Слишком много свалилось на него в последние дни: признание Артема в любви, странная история с Юлей, знакомство с настоящей матерью… Тут и свихнуться недолго. В это мгновение он наивно полагал, что тайн похуже этих быть точно не может. Но он сильно ошибался.
В следующую секунду перед ним предстала картина, от которой его ноги словно онемели и вросли в асфальт. Еще через несколько мгновений Тимур вышел из оцепенения и сообразил, что надо двигаться как можно осторожнее, чтобы оставаться незамеченным для группы людей, идущих по противоположной стороне улицы.
