Мамочки... На нем теперь была надета какая-то рванина, словно бы сшитая из обычного холщового мешка: рубашка старомодного покроя с широкими рукавами, стянутыми у запястий, заляпанные чем-то серым и черным штаны, на ногах - вроде обычные тапки, но как они стучали по полу... В общем, видок еще тот. Пусть простит меня парень, но любой наш бомж принял бы такого за своего и щедро поделился остатками "пол литровой".
Куда дели моего прежнего Лешу?! И... Точно же! Как только раньше не додумалась? А ведь Марь Павловна рассказывала историю... я слышала, как она орала что-то про отсутствующего загадочного Малика, и про его какую-то важную роль... Теперь я поняла, что это за роль.
Роль нищего.
Леша.
Нищий.
Ужас!!! Нисколько, ни на каплю он на эту роль не подходит!
С чего только Марь Платоновна взяла?
Сама руководительница, едва только обряженного Лешу увидела, прямо расцвела. Но это не мешало ей захлопать в ладоши, громко призывая всех занять свои места.
Сема зыркнул из подлобья на Лешу, тот не остался в долгу и ответил холодной, просто ледяной презрительностью, граничащей с брезгливостью и королевским превосходством. Нищий и принц поменялись местами, но это случилось всего на пару секунд, а потом все стало прежним. Друг, чеканя шаг и звеня, ушел за кулисы. Леша остался.
Нет, между ними точно что-то случилось! Надеюсь, хоть без драки обошлось... Ну почему, скажите, почему они настолько друг друга не могут терпеть? По команде Марь Платоновны парню был вручен сценарий, который он тут же принялся с крайним вниманием изучать, зажав довольно объемную папочку в одной руке, а другую уперев в бок.
Кто бы мне объяснил, ну почему, почему он выглядит сейчас, даже в такой одежде, настолько потрясно?
Похоже, Марь Платоновна думала так же.
- Можешь играть со сценарием, если хочешь, - сказала она с улыбкой через некоторое время. Леша захлопнул папку и положил ее на край эшафота. Сам прошел к девушке-парню, присел на корточки и протянул ей руку. Было видно, как девушка засмущалась, но руку сжала, только как-то... осторожно... И мне это совершенно не понравилось, но я запихала подальше это недовольство.
- Не нужно, я все запомнил, - небрежно бросил он, приведя в трепет Марь Павловну.
- Ну раз так, тогда - начинаем! - радостно воскликнула она и, достав из бокового кармана пиджака свисток, оглушительно свистнула. - Ванюш, давай свет! Паша - музыку!
Невидимый Ванюша руководительницу услышал, свет изменился - стал более тусклым по бокам сцены, но ярче в ее центре, над эшафотом, девушкой-парнем и Лешей. Да и на сцене никого кроме них не было. Грянула тревожная музыка.
- Ты посмел украсть мой кошель! - завопила фальцетом девушка-парень, едва только музыка стихла, удерживая "пытающегося" вырваться Лешу. Причем возмущенное лицо ее было обращено к залу. - Кошель самого лорда Гирцина! Вор, за такое ты отправишься на виселицу! Стража! Стража! - Крикнула она, повернувшись сначала вправо, потом влево.
Послышался цокот лошадиных копыт. Вышла из-за кулис девушка с корзинкой и замерла прямо у них, картинно приложив руку к губам.
Лязг доспехов. С другой стороны сцены вышла тройка стражников - двое с копьями позади обладателя украшенного пушистым пером шлема. Про него - отдельно. Не ожидала, вот честно, никак не ожидала, что парень и правда будет играть. На его лице был написано сосредоточенное внимание, с каким обычно смотрят замученные кошки, жадно ловя момент, когда хозяин отвлечется, чтобы сбежать. Знаю, сравнение не ахти какое, но все же...
Марь Павловна, как фокусница, выудила откуда-то папочку в точь-точь такую же, как держал Леша, и передала ее мне. Я поблагодарила.
Папка была раскрыта на том месте сценария, какой сейчас и играли.
"Том паникует и пытается вырвать руку". - Было написано в скобках после слов девушки-парня, которая обозначалась как "Лорд Гирцин". Вот только не заметила я на лице Леши паники. Это нормально?
Покосилась на женщину, но не заметила недовольства и облегченно выдохнула, сама удивившись, что, оказывается, чуточку волнуюсь. С чего бы?
Лязг стих. Все трое стражником разом замерли напротив вельможи и Леши.
- Кто звал? - басом прогудел один из них.
Лорд вдохновенно расписал картину кражи, постоянно вставляя, какой он знаменитый, уважаемый и так далее - особенно часто повторялось: "Меня знает королевская семья!", и что ни в коем случае нельзя оставить такой вопиющий случай без внимания, а вора - без наказания.
- Будь по сему! - зычно ответил обладатель пушистого пера залу, и скомандовал, картинно указав на Лешу. - Вора в темницу! На рассвете - казнь!
Девушка с корзинкой покачала головой и ушла.
Вспыхнул прежний, равномерный свет. Стражники отмерли, девушка-парень отпустила, наконец, Лешину руку, а тот распрямился. Все актеры развернулись к нам.
- Я довольна, - спустя паузу, сказал Марь Петровна. - Только Гоша, умоляю, чуть меньше пафоса, хорошо? - Обладатель пера кивнул. - Остальные молодцы. Тебя это тоже касается, Алекс. - Леша улыбнулся. - Так, а теперь дальше! Казнь! В темпе, в темпе, ребятки! - замахала она руками, подбадривая итак бегающих актеров.
