Усилием воли Лео прогнал с лица гримасу, в голосе Спутника он уловил уже привычные нотки. Ормат сомневался в здравости его разума. Молчавший до сих пор «близнец» начал подсчитывать, каковы шансы на измену Спутника, если тот решит, что его князь окончательно спятил. Лео заставил «призрака» замолчать. В раздражении он даже не заметил, что впервые смог навязать невидимке свою волю.
- Не волнуйся, Ормат, - постарался улыбнуться Лео. – Иногда меня заносит, но я всегда знаю, что и для чего делаю. Ну, по большей части знаю.
Кажется, шутка удалась, по крайней мере Ормат тихо засмеялся.
- Все, что я придумал, пойдет на нашу общую пользу, - сказал Лео, стараясь вложить в слова куда больше уверенности, чем сам чувствовал. – Вот увидишь. Пойдем.
- Стоп, стоп, ребята, куда это вы? – обогнав товарищей, на их пути вырос запыхавшийся Рашаддин. – Что это вы взяли за привычку по городу шляться? А работать кто будет?
Призвав на помощь годами натренированную княжескую невозмутимость, Лео смерил купца холодным взглядом:
- Я первую партию сделал? Сделал. Ты ее продал. А денег я сверх аванса так и не получил. Так о какой работе речь?
- Спокойно, спокойно, - слегка сбавил обороты Рашаддин. – Не все так просто. Нужно еще посмотреть, что скажут клиенты…
- Вот, значит, тогда и вернемся к этому разговору, - фыркнул Лео, обходя купца, как столб.
- Хоть скажите, куда идете-то?
- На рынок, - бросил через плечо князь. – Нужно же нам потратить аванс.
Не оглядываясь, они пошли по лишенной тени улице, сплошь залитой кипящим медом солнечного света. Лео успел дважды смахнуть выступивший на лбу пот, когда услышал за спиной торопливые шаги.
- Отец послал приглядеть за вами, - широко улыбнулась Лашими, в руках она держала тугой зеленый сверток. - А то мало ли что. И вот еще, я вчера заметила, многие горожане снова достали летние плащи. Оденьте, они от жары хорошо помогают.
Не увидев рядом с девушкой охранников, Лео, было, вздохнул чуть свободней, но тут же нахмурился. Лашими совсем не казалась ему легкомысленной, если она вдруг решила даже немного поступиться своей безопасностью, для этого нужна веская причина… Например, она не хочет, чтобы под ногами путались лишние люди, которые могут смутить некоего, слишком по ее мнению застенчивого, паренька.
Вспомнив смех Галишада, молодой князь тоскливо подумал, что, возможно, землянка в лесу была бы не таким уж плохим выходом из положения.
- Раз послал, то пойдем, - нейтрально отозвался Лео, поссориться с девушкой ради мира с Галишадом, тоже было совершенно негодной идеей.
Довольно тряхнув тигриными прядями, Лашими пошла вровень с парнями. Пыливший рядом Ормат, похоже, с трудом сдерживал смех. Болван!
Стиснув зубы, Лео на ходу накинул широкий плащ, снабженный глубоким капюшоном. Снаружи зеленая ткань была неприятно липкой, зато изнутри гладкой и удивительно прохладной. Потирая загудевший висок, он тщетно размышлял о том, как вывернуться из ловушки, в которую его так ловко загнали. По улице неожиданно разнесся тоскливый перезвон. Дернувшись, Лео бросил взгляд через плечо – вдоль высокой ограды, постукивая звенящим посохом, медленно брел одинокий трясун с плотной повязкой на глазах.
- Твой друг решил открыть собственную лавку? А то он, я смотрю, только к тканям приценивается. – Лашими кивнула в сторону бродящего среди рыночных рядов Ормата.
- Не знаю, - решительно взяв охнувшую от неожиданности девушку за плечи, Лео развернул ее в другую сторону. – Скажи, что это за пирамиды на горизонте? – он указал на облачно-смурые громады. – Какие-то храмы?
- Можно сказать, что и храмы, - ответила Лашими, вроде бы случайно касаясь ладони князя, задержавшейся на ее крутом плече. - Только молятся в них сауде. Вернее, молились.
Лео вопросительно поднял брови, одновременно аккуратно вернув ладонь на безопасную позицию. Чуть склонив тигриную головку, Лашими улыбнулась, похоже, она была рада чем-то его удивить:
-Там были заводы, где волокна паучника превращали в ткань. Но лет двести-двести пятьдесят назад торговые дома внешних миров отказались ее покупать. Они хотели только сырье, - тонкие брови девушки резко заломились.
Лео решил, что ее сейчас раздирают противоречивые чувства. С одной стороны, злость, а с другой зависть, к могущественным купцам внешних миров. По сравнению с которыми младенец не только купец Рашаддин, но даже его мудрый дядя Даннияр.
- Наверное, это был последний удар, – задумчиво проговорил Лео.
Внешне он был совершенно спокоен, но это спокойствие давалась ему дорогой ценой. Нервы Лео дрожали натянутыми струнами, а его невидимый близнец отсчитывал время, как встроенный в мозг секундомер.
