- Мой Орден защищает ваши жалкие хижины! – вспыхнул «изумрудник». – Всадники говорят – тот уачедзи умер, едва правитель заговорил с ним. Тварь в их телах знает, кто властитель этой земли, она боится разоблачения…
- Ха-ай… Так ты сказал – не ваш Всадник первым распознал уачедзи? – сощурилась стражница. – Странствующий воин, охранник сделал это?
- Вы всегда прячете преступников от нас, а потом смеётесь над нами, – поморщился йонгел-«изумрудник». – Отважный странник распознал нечестивцев, да, но мы преследуем их с того дня и поймали уже многих. А он ушёл из города, он здесь по торговым делам. Думаю, мы узнали бы его… Ха-ай!
Фрисс вздрогнул. Оба воина – и ещё четверо жителей с соседних циновок – смотрели на его обожжённое лицо во все глаза, так пристально, что Речнику захотелось отвернуться. Все зелья Нециса не могли отрастить сожжённые брови и волосы раньше положенного срока, лоб он прикрыл широкой повязкой, как и подобает воину Ти-Нау, но лицо было гладким, как у сармата.
- Гвиса! Воин, распознавший уачедзи! – воскликнул «изумрудник», протискиваясь к Речнику и усаживаясь рядом с ним. Алсаг, которому пришелец прищемил лапу, спросоня зарычал и замахнулся, выпуская когти. «Изумрудник» отшатнулся.
- Потише. Анта спит, – нахмурился Фрисс. – Да, я – Гвиса. Чародей Ксарна в отлучке, я не торгую за него.
Йонгелы переглянулись и обменялись тычками.
- Кимеи поют о твоей отваге и зоркости, – склонил голову Всадник Изумруда. – Странно, что ты – лишь охранник чародея, неудачливого в торговле. Наблюдатель Квези без лишних слов взял бы тебя в отряд.
Фрисс покачал головой и заглянул в опустевшую чашу – Алсаг под шумок запустил в неё язык и заглотил остатки браги. Речник огляделся в поисках служителя с кувшином.
- Я куплю тебе питьё, – «изумрудник» забрал у него чашу и просочился к ряду бочонков – и вскоре вернулся с полной чашей. Речник уловил знакомый запах тополёвого мёда – так и есть, ему налили уланзи. Алсаг тоже унюхал мёд и поставил уши торчком.
- Что ты ешь? – спросил Всадник, глядя на пустое блюдо. Там жалась в угол плошка с солью – Фриссу не нужно было сыпать её на огонь, чтобы распознать куфишу. В закрытом горшке остывал жёлтый айш – как раз настолько, чтобы можно быть посолить его и не отравиться.
- Воину надлежит есть мясо, – покачал головой «изумрудник». – Ламотса, скажи людям – пусть найдут хорошее мясо! Я пойду с тобой.
- Ты там зачем? – хмыкнула стражница. – Опять будешь таращиться на мясо, словно тебе червяков продают?
- Я не таращился, – нахмурился воин, – я проверял. У вас тут, в приграничье, так и жди беды! Не помнишь, как было в прошлый раз?
- Ещё бы не помнить, забери вас всех туман, – Ламотса громко фыркнула. – До сих пор мне в ту лавку заходить стыдно. Где ты, о храбрый воин, углядел демонятину?! У нас в городе не едят демонов, заруби себе на носу!
- Едят, – буркнул «изумрудник». – Вы и не знаете, что вам приносят из леса. Это было мясо демона – ты же его от куманятины не отличишь!
- Когда же вы, Вайнег вас побери, будете заниматься своим делом?! – поморщилась стражница и поднялась на ноги. – Не беспокойся, воин Гвиса. «Изумрудникам» вечно мерещится всякая чушь. Мы найдём тебе вкусной еды.
- Боги вам в помощь, – пробормотал Речник, отпихивая Алсага от чаши. «Демонятина?!» – он покачал головой. «Вот же занесло нас… Алсага я им есть не дам, это само собой, но как бы и до нас с Нецисом не добрались…»
- Хаэй, Гвиса, – прошелестело над головой, и на циновку, не задев кошачий хвост, опустился Нецис. Только глаза сверкали из-под дорожной накидки – затемнённое лицо казалось в полумраке столь же чёрным, как лица йонгелов. Фрисс удивлялся только, как в такой темени «изумрудник» рассмотрел его брови…
- Ксарна, вот твоя еда, – Речник подвинул к нему горшок. Нецис довольно кивнул, выпутываясь из накидки.
- Безнадёжная затея, Гвиса, – очень тихо сказал он, склоняясь над едой. – Я прошёл у северных ворот. Двадцатка Ордена стоит там рядом с десятком местной стражи – и сменяются они каждые два Акена. Где только в городе помещается столько Всадников?!
- Вот как… – Речник тихо присвистнул. – Если бы только стража, ещё куда ни шло… А что ты нашёл в Китаамоши?
- Лавки закрыты, Гвиса, – покачал головой Нецис. – Алхимикам самим мало. Ну и… не ожидал же ты, что в одной из тех лавок мы так просто купим чёрный цветок?!
- Надеялся, – вздохнул Фрисс. – Чем тут только ни торгуют… Знать бы наверняка, что вернёмся, купил бы своим подарков.
Нецис посмотрел на него долгим, ничего не выражающим взглядом.
Двое воинов Хукуфаджаа вновь протиснулись меж сидящими и с гордым видом поставили перед путниками широкую чашу, залитую густой сурвой. Из пряного месива выступали куски разваренного мяса.
- Эти люди норовят накормить всякой дрянью, – покачал головой «изумрудник». – Но я заставил их найти хорошую еду. Мы попробовали уже – это лучшее мясо, мясо бронированного зверя с севера.
