– Мама говорит, ходят слухи, что Фостеры помогали вам… твоей маме в подготовке заговора. Никаких доказательств нет, разумеется, даже намёка на них, но ты же знаешь мою маму, ей важно, что говорят другие.
– И что? Скажешь ей о том, что вы встречаетесь, когда привезёшь в гости первого внука?
– Не издевайся, Кэт! – Мэй упала мне на колени и закрыла лицо ладонями. – Я и так не знаю, что делать. Я никогда ей не врала, а тут…
Я улыбнулась и потрепала Мэй по тёмным волосам, испытывая сосущую зависть. Да, их отношения с матерью нельзя было назвать идеальными, и мы с Джиа не раз подшучивали над домашним цветочком Мэй и её гиперопекающей матерью, но, по правде сказать, сейчас я была бы рада и такой опеке. Лишь бы мама была жива. Лишь бы мне было куда вернуться. Лишь бы было в мире место, которое я бы могла назвать домом. А всё, что у меня осталось, – воспоминания. И от этого становилось ещё больнее. Но я не позволила себе грустить, обняла Мэй и защекотала.
Она визжала, хохотала, извивалась, пытаясь защекотать меня в ответ. В ход пошли подушки – в воздух полетели перья и наш звенящий смех. Мы носились по комнате словно дети до тех пор, пока не свалились от усталости. Раскрасневшиеся, закутанные в пледы, мы сидели на подоконнике у распахнутого настежь окна, пили чай и смотрели на звёзды. Я рассказывала Мэй про созвездия, а она всё порывалась начать записывать и то и дело уточняла детали и формулировки, и я невольно подумала, что с Каем они бы наверняка подружились. Когда чай закончился, а звёзды скрылись за тучами, Мэй засобиралась к Эндрю, а я продолжила сидеть, наблюдая за ней.
– Кстати, ты не видела случайно мои часы? – спросила я, увидев, как Мэй застёгивает на запястье свои.
– Нет, поискать?
– Не стоит, спасибо. – Я покачала головой. – Наверное, я потеряла их в лесу, но, если попадутся, скажи, пожалуйста.
Пропажу я заметила после возвращения из сторожки, но никак не могла вспомнить, вернулась ли в академию с часами или уже без. Перевернула всю комнату, но ничего не нашла. Может, их утащил тот же, кто испортил блокнот Джиа? Надо спросить у мисс Гримм, не водятся ли в Стоункладе какие-нибудь шаловливые духи. Иного объяснения странным пропажам и перестановкам в комнате я пока не находила и искренне надеялась, что часы рано или поздно найдутся. В конце концов, от мамы у меня осталось не так много.
– Хорошего вечера! – бросила я Мэй на прощание.
– Спасибо! Да, кстати! Эндрю предлагает больше времени проводить втроём, если ты не против.
– А его вкусы весьма специфичны. – Я с иронией вскинула брови, скрывая удивление.
– Ну, я просто упомянула, что ты… мы же друзья, а с Эндрю я стала проводить много времени, а Джиа… В общем, он сказал, что будет рад зависать всем вместе. Он сам предложил! В смысле… ну это не странно, короче!
Я рассмеялась – ясно, Мэй беспокоится, что я торчу в комнате одна. Это было на неё похоже.
– Ладно, спасибо, Мэй.
Она уже отвернулась, собираясь уйти, но я её окликнула:
– И, Мэй.
– А? – Она обернулась.
– Никто уже давно не говорит «зависать».
Скорчив мне рожу и высунув на прощание язык, подгоняемая моим смехом, Мэй убежала на свидание.
В вечер Самайна Мэй попыталась затащить меня на вечеринку в главной гостиной, но я не хотела видеть ни Джиа, ни Генри, который не отлипал от своей новой подружки ни на минуту, поэтому не поддалась на уговоры. Я решила не тратить вечер впустую и направить энергию на что-то более менее полезное и поплелась в библиотеку в надежде поработать над очередным штрафным эссе для профессора Блай, хотя это и казалось сейчас самой бесполезной вещью на свете. Кому нужны эссе, когда по академии разгуливают вампир и потенциальный убийца? Впрочем, учёба уже давно перестала казаться мне чем-то существенным и хоть сколько-нибудь значимым, смерть и темницы меняют восприятие реальности. Но она помогала отвлечься, и я надеялась, что и сегодня общество книг и монотонная работа избавят меня от переживаний, причину которых я не могла отыскать. Просто… чувствовала себя паршиво.
– Снова… вы… мисс… – выдала горгулья, когда я подошла, чтобы спросить о нужных для эссе книгах. – Тянетесь… к… знаниям… это… похвально!
– Угу, где мне найти книги по истории Надзора?
– Секция… «Эн»… стеллажи… «Эн»-один, «Эн»-два…
Я не дослушала и отправилась к нужной секции. Уже давно стемнело, учебное время закончилось, поэтому верхний свет приглушили, оставив гореть настольные лампы и редкие кристаллы над стеллажами. В библиотеке было тихо и почти безлюдно, я прошла мимо студента, заснувшего прямо на книге под согревающими лучами лампы. Ещё один студент (или студентка?) сидел чуть поодаль за столом у окна. Снова шёл дождь, и залы изредка освещали белые вспышки молнии.
