'Что еще мне следовало делать, Анна?' - спросил он. 'Думаешь, я мог проявлять такое терпение с тобой в эти прошедшие недели, если бы не находил облегчение в другом месте? Бывая с тобой таким образом, желая тебя, как не желал в жизни ни одну другую женщину...Хорошо, что еще мне следовало предпринять?' Ричард вдруг понял, он повторяется, и, что еще страшнее, ставит свое объяснение на грань с позицией обороны.
'Конечно же, ты понимаешь, что это ничего не меняет в моих чувствах к тебе? Не могу поверить в твою ревность к ничего не значащей девушке, любимая!'
'Я понимаю и не ревную', - поспешно и довольно недостоверно ответила Анна, произнося эти слова настолько потерянно, что сопротивление молодого человека рухнуло. Подойдя к ней, он наклонился и поднял ее на ноги.
'В следующий раз, когда я скажу, что должен отбыть в Вестминстер, ради Бога, позволь мне уйти!' - попросил Ричард, и Анна слабо ему улыбнулась.
'Тем я глупее', - заметила она приглушенным голосом, звук которого исчезал, растворяясь в груди молодого человека до почти полного отсутствия слышимости, - 'задав вопрос, что лучше было совсем не ставить...'
Какое-то время они так и стояли рядом, ничего не произнося. Ричард погладил ее волосы, отведя их с лица. 'Я люблю только тебя', - тихо заверил он.
'Ричард... Я передумала. Делай, что считаешь нужным с этими землями'.
'Ты уверена, любимая?'
Анна кивнула. 'Я хочу увидеть, как Джордж расплачивается за содеянное. Но еще сильнее я хочу стать твоей женой. Если нам необходимо выкупить его согласие, так тому и быть'.
Мало решений давалось ей тяжелее этой вынужденной капитуляции. Ненависть Анны к Джорджу не имела шансов на ослабление и прощение, вопия о каре. Ее пересилила только ревность, отравившая привычное существование так, как даже Кларенсу не удалось сделать.
'Ты не пожалеешь о своем поступке, Анна. Ты никогда о нем не пожалеешь. Обещаю, любимая'.
'Лучше пообещай мне', - попросила она очень тихо, 'что после нашей свадьбы, ты станешь делить постель лишь с одной женщиной - со мной'.
Анна не хотела произносить подобных слов, но сейчас, когда они были сказаны, она ничуть не жалела. Девушка встревоженно подняла взгляд, дабы посмотреть на лицо Ричарда, в изгибе его рта она тут же отыскала нужный ответ. Молодой человек наклонился, нежно ее поцеловал, а потом зашелся в хохоте.
'Анна, я не могу представить другого обещания, выполнение которого доставило бы мне большее удовольствие!'
Шен, февраль 1472 года
'Как ты намереваешься поступить в этой ситуации, Нед?'
Уилл Гастингс оторвал вопрошающий взгляд от лежащих перед ним бумаг. 'Ты окажешь Бретани помощь, о которой она просит?'
'Я еще не решил. У меня есть обязательства перед Франциском из-за денег, ссужаемых им мне в дни изгнания, кроме того, мне ничего не хочется больше, чем немного огорчить ублюдка, занимающего французский трон. Но я не собираюсь принимать на себя слишком серьезные обязательства, пока не пойму, в какую сторону дует ветер. Франциск просит шесть тысяч лучников, думаю, я могу послать с Энтони тысячу или около'.
Эдвард запустил по поверхности стола документы, наблюдая, как секретарь начал их собирать. Не любивший Энтони Вудвилла Уилл уже был готов простить себя за выпавший ему жребий, но что-то в лице Эдварда его разубедило. Он внимательнее посмотрел на друга, отметив тонкую сеть морщин, соткавшуюся вокруг его глаз, и ставший еще тоньше абрис рта. Нед тоже сам не свой от напряжения. Хотя, почему бы нет? Даже Уилл попал в западню нервной обстановки и беззастенчиво получал теперь удовольствие от портящейся придворной атмосферой чужой крови. Если рану от разрыва между Кларенсом и Глостером в ближайшее время не вылечить, источаемая ею зараза способна отравить их всех.
'Ты чувствуешь себя так же плохо, как и выглядишь?'
'Не надо шутить, Уилл, не сегодня. У меня не подходящее для этого настроение'.
Уилл кивнул, чтобы им налили вина, и затем махнул слугам, дабы они отошли на не позволяющее что-либо услышать расстояние. Лично наполняя кубок Эдварда, он поинтересовался: 'Я прав, что Кларенс до сих пор демонстрирует непримиримость?'
'Он когда-нибудь был другим? Если Джордж не перестанет гнуть свою раздражающую линию, мне скоро грозят проблемы и с Диконом'.
Эдвард хмуро взглянул в бокал. Уилл ждал.
'У меня состоялась довольно ожесточенная ссора с ним утром, - я имею в виду Дикона. Он убежден, что я был чересчур мягок с Джорджем, и сейчас угрожает немедленно жениться на девушке, как только вернется в Лондон, вне зависимости, откажется Джордж от своих требований или же нет'.
'Довольно своенравно с его стороны, я бы сказал', - прошептал Уилл и сразу почувствовал укол стыда. Он не мог отрицать ревности, вызываемой в душе юным Глостером, но не следовало так легко сдаваться на откуп этому чувству. Не только из-за его мелочности, но и из-за глупости. Дабы оправдаться, Уилл более великодушно прибавил: 'Однако, он так долго терпел, Нед. Тебе необходимо вознаградить Дикона за его выдержку'.
