В декабре 1487 года Тюдор восстановил права матери Анны Невилл на ее владения по линии Бошамов, чтобы она смогла затем законно передать их ему. Он разрешил герцогине удержать усадьбу Эрдингтон, где вдова Уорвика прожила до самой смерти в 1492 году в возрасте 66 лет.
Сесиль Невилл, герцогиня Йорк, отошла в замке Беркхамстед между 31 мая и 27 августа 1495 года в возрасте 80 лет. Ее похоронили, в соответствии с личной просьбой, в замке Фотерингей, рядом с мужем и сыном Эдмундом.
Маргарет, герцогиня Бургундии, превратила свой двор в гавань для недовольных йоркистов. В 1487 году она поддержала Френсиса Ловелла. Маргарет предоставила убежище сэру Джону Эгремонту, ответственному за убийство графа Нортумберленда, и позднее помогла затянувшемуся выдаванию себя за второго сына Эдварда молодому фламандцу по имени Перкин Уорбек. Она угасла в Мехелене 28 ноября 1503 года в возрасте 57 лет.
Супружеская жизнь Бесс оказалась связана с трагедией. Она подарила Тюдору семерых детей, трое из которых умерли в раннем детстве, а старший Артур - в 14 лет. Бесс ушла накануне своего 37-го дня рождения, 11 февраля 1503 года, через девять дней после рождения седьмого ребенка. Ее сын Генрих в 1509 году принял корону под именем Генриха Восьмого.
Сесилия в 1487-1488 году вышла замуж за сводного дядю Тюдора, у них родилось двое дочерей, умерших затем в раннем детстве. После его смерти она заключила союз по любви с не знатным человеком и, попав в немилость, оставила двор, уехав с новым супругом жить на остров Уайт. В семье появилось двое детей - Ричард и Маргарет. Накануне смерти 14 августа 1507 года Сесилии исполнилось 38 лет.
Самая младшая сестра, Бриджит, стала монахиней, а Екатерина и Анна заключили считающиеся удачными партии. Однако их наследие крови Плантагенетов оказалось опасным, сын Екатерины был позже казнен Генрихом Восьмым, как и Эдмунд, младший брат Джека де Ла Поля. Третий брат, Уильям де Ла Поль, умер в Тауэре, после продолжительного заточения. Судьбу незаконнорожденной дочери Эдварда, Грейс, история до нас не донесла.
Маргарет, дочь Джорджа Кларенса, пережила годы правления Генриха Восьмого, но, когда ее сын попал в опалу, монарх обратил свою мстительность на его мать. Маргарет отказалась вовремя покориться, заявив о своей невиновности в измене и нежелании безропотно сложить голову на плахе, как предательница. Ее силой выволокли к эшафоту и в мае 1541 года обезглавили. Маргарет не исполнилось и 68 лет. Римская Католическая Церковь позже признала ее святой.
Дочь Ричарда, Кэтрин, видимо умерла до ноября 1487 года. Его сына, Джонни, Тюдор позже арестовал и казнил в Тауэре. 'Там ушел из жизни внебрачный сын короля Ричарда Третьего, перед смертью долго находившийся в тюрьме. Причиной, как представляется, явилась попытка мятежа некоторых ирландцев западных и южных частей страны. Они завлекли его в сеть своего влияния и сделали главой, высоко ценя любого представителя династии Йорков, неважно, законный он наследник или лишь кровный родственник'.
Эдвард, граф Уорвик, несчастный сын Джорджа, удерживался в Тауэре с 1485 до 1499 года, когда Тюдор приказал отрубить ему голову. Молодому человеку было 24 года.
1982 год
Пусть сердцем любого романа является сила воображения, тем не менее, историческое произведение нуждается в мощном событийном основании, особенно произведение, посвященное такому вызывающему дискуссии человеку, как Ричард Третий. Поэтому я постаралась быть, по возможности, точной, не помещая эпизод в Виндзор, пока не убеждалась, что мои персонажи там в тот день находились, что среда действительно являлась средой, что мелочи средневековой жизни подтверждаются более, чем одним источником. Прежде всего, я попыталась включить в сюжет не подлежащие обсуждению события, опереться на современные хроники, где только могла, а когда сталкивалась с противоречащими друг другу рассказами, выбирала из них тот, что наиболее отвечал известному нам о вовлеченных в происходившее тогда людях.
Соединять воедино фрагменты прошлого никогда не считалось легким занятием. Это еще ярче проявляется, когда история подвергается переписыванию победителем. Пробуя провести водораздел между 'тюдоровской' традицией и правдой, я придавала больший вес тем хроникам, что были написаны в период жизни Ричарда или сразу после его смерти, крайне мало доверяя, по очевидным причинам, чисто тюдоровским документам.
