Уорвик отпустил свою дочь и метнулся к Ричарду. На его лице застыло такое выражение, что мальчик инстинктивно отступил назад. Уорвик тоже действовал инстинктивно, а не обдуманно, схватив Ричарда, чтобы помешать, как ему казалось, бегству, и грубо вздернув к себе. Как только он это сделал, появился Джон. В три прыжка он пересек покои и наложил руку на запястье Уорвика.
'Словом перемолвиться... Брат', кратко изрек он, и Уорвик, который едва ли заметил возвращение Джона, оказался захвачен врасплох огнем, пылавшим в обычно спокойных карих глазах.
Прежде чем Уорвик смог ответить, его рука сильнее сжалась в хватке Джона, и всесильный граф почти буквально был оттащен к двери. Ярость так редко посещала его брата, что Уорвик увидел со стороны, ведь он на удивление подчиняется Джону.
Джон Невилл плотно захлопнул дверь за ними. В пустынном величии главного коридора братья взглянули в лицо друг другу. Уорвик первым нарушил молчание.
'Ну, Джонни', начал он резко, 'и что такого важного ты хотел сказать, не терпящего ожидания?'
'Что за чертов ад ты надоумился устроить там?' - гневно спросил Джон. 'Я понимаю твою злость на Неда. Но возложить ответственность на Дикона за подвиги Неда... Христос с тобой, мужчина, как можно было подумать такое? Он всего лишь маленький мальчик, Дик, и не может осуждаться за проявление верности брату. Знаешь же, в Неде Ричард видит целый мир!' Джон покачал головой в отвращении, добавив: 'Ты удивил меня, на самом деле, удивил. Мне казалось, ты прикладывал достаточно усилий, чтобы завоевать привязанность Дикона. Более того, всегда поступал так, что каждый шаг говорил о твоей любви к нему'.
'Конечно, я люблю Дикона', нетерпеливо перебил его Уорвик. 'Он важен для меня, для моих планов...'
'В таком случае, полагаю, ты вспомнишь об этом факте в будущем', произнес Джон в таким тоне, какой Уорвик не спустил бы больше ни одному человеку. Поразмысли, что было бы не шлепни Анна тот поднос?'
Вопрос заставил Уорвика задуматься.
'Возможно, я утратил способность к самообладанию', уступил он, замолчал и начал измерять шагами пространство.
'Да, ты попал в точку, Джонни. Не хочу, чтобы Дикон возложил на свои плечи надуманное недовольство за сказанное или сделанное в порыве гнева. Это не выход...'
Уорвик обернулся и, не дожидаясь Джона, распахнул настежь дверь парадной залы.
Френсис Ловелл все еще сидел примороженным к месту у окна. Под испытующим взглядом матери Анна собирала разбросанные кубки для вина и расставляла их на столе. Изабелла следила за сестрой с сочувствием, но, казалось, ей не приходило на ум предложить свою помощь. Облегчить труд Анны выразил желание Ричард, но графиня достаточно прохладно сказала, что он и так причинил довольно волнений этим вечером, и Анна сможет справиться и без его участия. Упрек заставил мальчика вспыхнуть и удалиться к камину. Там он оказался вместе с Джорджем, взирающим так, словно был не уверен, утешить младшего брата, или надрать ему уши. С виду, он склонялся к утешению, но поспешно отпрянул от Ричарда, увидев Уорвика в дверном проеме. Заметив отца, Анна бросила все усилия и кинулась к нему. Он заглянул в ее умоляющие темные глаза, прикоснувшись затем к влажной щеке. Анна просунула свою руку в его ладонь, встала на цыпочки и прошептала: 'Ты еще гневаешься на Дикона, папа?'
Это заставило Уорвика рассмеяться. Для скромного ребенка его дочь могла поступать удивительно настойчиво. Ее преданность кузену трогала отца, в конце концов, он сам сделал все, чтобы воспитать Анну такой. Уорвик ухватился за начало, невольно положенное дочерью, и ответил: 'Нет, Анна. Я не сержусь на Дикона'. Он оглядел зал в поисках Ричарда.
'Подойди сюда, Дикон'.
Уорвик видел нежелание Ричарда, тем не менее, мальчик поднялся и подошел.
'Когда люди злятся, Дикон, они часто бывают несдержанны. Боюсь, сегодня это оказалось верно для всех нас. Хочу, чтобы ты понял, я не виню тебя за необдуманные и поспешные речи'.
Он умолк и положил руку на плечо Ричарда. 'Ты - брат Неда, и единственно правильно то, что он может рассчитывать на твою преданность. Однако, допускаю, что расстроюсь из-за этого, кузен. Видишь ли, хотелось бы думать, я тоже имею право на верность с твоей стороны'.
Ричард выглядел пораженным. 'Ты имеешь право на мою верность!'
'Буду надеяться, Дикон', медленно произнес Уорвик. 'Потому что, признаюсь, станет больно считать иначе'.
Френсис и Ричард остались в зале одни. Уорвик удалился для дальнейшего обсуждения со своим братом и, к его огромному удовольствию, с Джорджем, польщенным так, что не передать словами, возможностью принять участие в политических делах, вершимых старшими. Графиня Уорвик проводила дочерей к двери сразу после ухода мужа, особенно тепло обняв Ричарда, вернувшего сейчас себе благоволение графа.
