Ио сглотнул и, сжав кулаки, переступил границу, отворяя дверь в неизведанный мир, откуда мало кто возвращался. Замерев на мгновение, он прислушался к звукам леса и собственным ощущениям. Ему казалось, что стоит очутиться здесь, как на него сразу набросится какое-нибудь чудище, но он увидел лишь мерцающих в траве светлячков и услышал пение птиц. Отбросив все сомнения, он двинулся вперед. Чем дальше шел, тем менее частыми становились деревья.
Лунный диск приятно освещал путь, отражался на каплях ночной росы, оседавших на сапогах. Трава, мягко шурша, распугивала сверчков и других насекомых. Ио давно не был в лесу и совсем забыл, что здесь царит совершенно иной мир, отличающийся от суеты деревенской жизни. Ночной лес окутывал спокойствием и умиротворением. Не надеясь на легкое путешествие, Ио передвигался аккуратно, стараясь не привлекать внимания лесных обитателей. Через пару часов он почувствовал неприятную усталость. Ноги немели и путались. Ио присел у ближайшего дерева немного передохнуть, надеясь, что силы вернутся. Однако и после отдыха усталость не ушла. Это заставило задуматься, не стоит ли повернуть назад и вернуться домой. Но ответ был очевиден. Ио двинулся дальше. Желание увидеть Астерия превозмогало усталость. Он был готов даже ползти, хватаясь за клочки травы, только бы увидеть друга.
– Я должен двигаться… вперед… – убеждал он сам себя.
Но каждый шаг давался с еще большим трудом, а голос стал тихим от упадка сил. Он сосредоточился, продолжая идти, но уже через пару минут просто упал на колени. Ослабленные пальцы из последних сил цеплялись за землю, разрывая мелкие корни. Не желая мириться с таким положением вещей, Ио попытался встать, но снова рухнул ничком.
– Астерий, – тихо произнес он и поднял голову.
Меж веток деревьев послышался шелест множества крыльев. Подтянувшись на руках, Ио пополз вперед. Ему удалось преодолеть небольшое расстояние, а потом он увидел в темноте леса снующие туда-сюда сияющие глаза. Их было несколько десятков. Вскоре вовсе послышались страшные звуки: рев, рык, клацанье зубов. С каждой секундой жуткая звериная какофония становилась все ближе и ближе, пока вдруг не застыла в тишине, а после рассыпалась тихими отголосками в разные стороны.
Ио из последних сил поднял голову, услышав быстро приближающиеся шаги. Чьи-то руки бережно подхватили его. Прежде чем глаза заволокла тьма, он увидел знакомое лицо.
Правитель Подлунного города ходил по комнате туда-сюда, не находя себе места. Он то и дело поглядывал на спящего в постели друга. Всю прошлую ночь демон отдавал ему свои жизненные силы. И несмотря на то что сейчас оставалось лишь дождаться пробуждения Ио, Астерий все равно очень переживал за его состояние. Что могло толкнуть его на поход в Сумеречный лес? Ведь Ио знал, что это опасно.
Дверь тихо скрипнула, и демон обернулся. В дверях показался Драго с подносом в руках.
– Я заварил лечебный отвар, – тихо произнес он с привычной мягкой улыбкой.
– Спасибо, – ответил Астерий и присел на стул рядом с кроватью.
Драго поставил поднос на небольшой комод рядом с постелью и взглянул на своего правителя.
– Не беспокойся, с ним все будет хорошо.
– Ты уже сказал Эфиру о случившемся?
– Да, сказал. – Драго чуть дернул бровью.
– И как он отреагировал?
– Смиренно.
– Я не хочу, чтобы это становилось камнем преткновения, – измученно ответил Астерий и потер рукой переносицу. – И я не хотел ломать его волю и дух, но…
– Он поймет. И сейчас подходящий момент, чтобы прекратить его изгнание из нашего круга.
Подумав пару секунд над словами приятеля, Астерий кивнул и посмотрел на спящего гостя.
– Как только Ио очнется, я схожу к Эфиру. Он должен все решить для себя сам: останется он с нами или уйдет.
Драго чуть склонил голову и улыбнулся.
– Прошлое не дает ему покоя, но сердце даст верный ответ, – ни минуты не сомневаясь в своих словах, произнес он и удалился из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.
Астерий взглянул в распахнутые балконные двери, за которыми вовсю сиял небесный огненный диск, озаряя своими золотыми лучами раскинувшийся перед дворцом сад и всю округу. Солнце и день не были стихией демона. Он предпочитал греться в холодных лучах лунного света и звездного сияния, но отчего-то очень полюбил этот яркий теплый свет. Вероятно, его человеческая сущность тянулась к нему, как к источнику жизни. Или, может быть, он ассоциировал Ио, который вывел его из непроглядной тьмы, застилавшей душу, с огненным светилом. Какой была бы жизнь демона, не встреть он тогда ребенка, пролившего над всеми гонимым волком слезы? Что стало бы с его душой? Она бы ушла спокойно по небесному мосту или ее заволокла бы чернота? Утащила в дебри безумия и бесконечной агонии, жаждущей мести, пока душа не распалась бы и не сгорела в адском пламени, не отправилась бы к подножию Небесной горы, чтобы встретить вечность в бесконечных сражениях с другими демонами? Без шанса на покой в Чистых землях, на перерождение.