– Двенадцать. – Настя коснулась собственного беззаботно улыбающегося лица. Она и Леся держались за руки, явно желая поскорее закончить с фотографированием и убежать дальше гулять, даже теть Ира за их спинами на заднем фоне смотрела на них с улыбкой.
Сердце замерло.
Рядом с теть Ирой, с любопытством глядя на них, стояли две девочки. Те самые, что она видела раньше, Арина и Лиза. И им было как будто бы не то чтобы сильно меньше, чем сейчас, может, разве что пара лет разницы. Уж точно не десять.
– Что такое? – Женя толкнула ее плечом, в глазах ее виднелась тревога. Настя через силу качнула головой.
– Все в порядке.
В конце концов, это все сказки. Не могла же целая деревня быть в курсе этих идиотских обрядов, возрождений, да еще и использовать их так часто? Даже если они работали, это ведь было… отвратительно. Столько книг написано про воскрешение мертвых и то, что это ничем хорошим не оборачивается.
Нет. Хватит с нее. Она скажет Леше, чтобы он сегодня не пил, и завтра они сразу же, как проснутся, отсюда уедут.
– Это… что? – Женя замерла посреди дороги, вцепившись в локоть Насти. Леша рядом невольно шагнул вперед, словно загораживая их от странного зрелища.
Поперек дороги, перегораживая ее, лежали окровавленные, уже испачкавшиеся в дорожной пыли, кишки. Настя с трудом оторвала взгляд от странного зрелища и огляделась. Леша рядом выматерился.
Все калитки, кроме той, что принадлежала им, были обмотаны кишками, как веревками, чтобы их было не открыть. Кровь стекала на землю, пачкала заборы, даже там, где дома, как она знала, были заброшены.
– Это что такое? Это же… коровьи? Или козлиные, или бараньи? – Почти отчаянно спросила Женя, под конец ее голос сорвался на почти истерический писк, и Настя ее не винила.
– Давайте вернемся. – Она развернулась, но тут же замерла. У их калитки уже стояла улыбающаяся Леся.
– Настя! Ты тоже решила пойти. – Она радостно хлопнула в окровавленные ладони, и Леша шагнул к ней, но замер под веселым взглядом серых глаз. – Конечно, это бараньи кишки. Не человеческие же!
Хватка Жени стала слабее, руку Насти она все еще не отпустила, но ей явно стало немного спокойней. Насте вот – нет. Леся вытерла руки о все то же простое белое платье, заговорила про ритуалы, традиции, бесов. Плавно, мелодично, словно убаюкивающий шелест ветра, и Настя, засмотревшись на то, как блики лунного света отражаются в каштановых волосах, не сразу поняла – они уже шли в сторону леса, перешагнув через пугающую преграду.
Она помотала головой, с усилием отвела глаза от Леси. В домах было темно, даже в жилых, кое-где она заметила, что двери были подперты колодами.
Надо было вернуться в дом. Настя уже успела понять, что ведьмино логово – а бабушкина изба была явно им – было защищено от любой нечисти и недругов, а значит, они там были бы в безопасности.
Даже она знала, что Иван Купала – ночь, которую лучше проводить дома и уж точно не с нежитью. Но Женя и Леша шли за Лесей, как на поводке, Леша даже споткнулся пару раз на ровном месте, не в силах отвести от нее взгляда, и они явно будут против, если она потащит их сейчас в дом. Да и обоих сразу не получится…
– Хорошо, что вас трое, – тем временем прощебетала Леся. Пугающе потусторонняя в своем платье с кровавыми разводами и серебряными глазами, она не переставала улыбаться, чуть ли не танцуя. – Нам одного человека так бы не хватило, а так все поучаствуют.
– В чем?
– Узнаете.
Обычно все приехавшие шумели, громко пели, да и костер должно было быть уже видно, до речки отсюда рукой подать – но сейчас была тишина такая, словно даже ветер притих.
– Мы… точно идем туда? – Женя за ее спиной, кажется, тоже что-то почувствовала, даже на секунду вынырнула из своего транса. Или он просто закончился, потому что смысла держать его не было.
– Со мной не заблудитесь. Еще буквально пара минут, мы присмотрели шикарную полянку, вчера весь день ее чистили.
Никакой поляны Настя не помнила.
Позади оставалось все больше деревьев, Женя пугливо прижалась к Леше, который с каждой секундой хмурился все сильнее. Настя шла позади, обняв себя за плечи, надеясь, что не подвернет ногу, – лес в деревне вызывал плохие воспоминания.
Леся тоже замолчала, пробираясь сквозь деревья по одному ей ведомому маршруту.
Где-то справа треснула ветка, раздался рык. Настя лишь на мгновение бросила туда взгляд, а когда повернулась – Леся уже стояла перед ней.
Одна.
Леши и Жени нигде не было видно.
– Навевает воспоминания, да? – Вздохнула Леся, подходя к ней. Настя сделала шаг назад. – Мы с тобой часто вечером гуляли в лесу. И в тот вечер тоже, помнишь? – она улыбнулась. – Тоже Иван Купала был.
– Помню, – хрипло выдавила Настя. – Мы папоротник искать пошли.
Леся кивнула, явно довольная.
– Это больно, знаешь. Когда вгрызаются в тело, отрывают мясо, а лучшая подруга убегает, даже не думая помочь.
– Мне было двенадцать, я бы…
