Лада не могла перестать смотреть на разбивающиеся о стекло искры, которые слепили ее так сильно, что она даже не заметила, как они покинули лес и оказались на ярко освещенной луной широкой дороге, ведущей к воротам в замок. После страшилок леса ей все еще повсюду мерещились тени, и одна из них, то ли человек, то ли олень, настойчиво шла к ним навстречу. Знак на ладони Лады стал обжигать руку. Она застонала, подняв ладонь вверх, и поняла, что это уже была не простая тень, а сам Велес.
– Скотий бог, – гневно бросилась навстречу хозяину Нави Лютая, – Велес, чтобы тебе сгинуть в Реке слез! Зачем эти испытания?
Лада удивилась, что ведунья говорила с одним из тех, кого боялись и боготворили все живые, так, будто это ему нужно было ее опасаться. Но чем ближе ведунья подходила к Велесу, тем выше и страшнее она становилась. Ее ярко-рыжие волосы уже стелились по земле, а на руках отросли длинные острые ногти. Она выглядела так решительно, что казалось, была готова кинуться на него и растерзать.
Сам же Велес меж тем спокойно протянул сухую руку, спрятанную под лохмотьями.
– Яга… ты снова здесь, – вдруг с нежностью провел он длинными пальцами по ее щеке, – ты умерла?
– Умрешь тут, – зло прошептала в ответ Лютая, – вечная старость, вечная жизнь без тебя, мой господин… – Голос Ядвиги внезапно смягчился. Ее ярость была представлением. – Наконец-то это сработало, – улыбнулась она.
Лада замерла, сбитая с толку внезапной переменой.
– Скольких я извела, пока ждала подходящее сердце. Уже и не надеялась, что в этот раз сработает.
– О чем ты, бабу…? – назвать Лютую «бабушкой» язык теперь совсем не поворачивался.
– Ты, глупая девочка, мой подарок Велесу и наш путь к свободе.
– Но… – не верила своим глазам и ушам Лада, – но ты же всегда заботилась обо мне… Мы же пришли, чтобы меня спасти…
– Заботилась, – криво улыбнулась Лютая, впервые за все годы согласившись с Ладой, – заботилась, чтобы ты вовремя подошла к обрыву и сделала то, что сделала…
Увидев в улыбке Лютой отражение всей своей боли, что испытывала годами, Лада наконец начала догадываться.
– Это ты отворачивала их всех от меня? – сама не веря своим словам, прошептала Лада.
– Говорила же я, что ты не такая уж и дуреха, Ладка.
Лютая подошла ближе и подцепила ногтями красные бусы матери Лады.
– Думаешь, девушки из рода богини Любви умирали рано просто так? Но потом появилась ты, – ведьма натянула бусы, заставляя Ладу приблизиться, – такая светлая, такая наивная, губы – маков цвет, душа чистая, точно облако, тело молодое и сильное – идеальная. Даже зовут тебя так же, как ту… из-за которой этот филиненок запер себя в Нави.
– Ты сказала, что это не она! – вмешался в разговор Мерот, отталкивая Ядвигу в сторону.
– Ты в мире духов, малыш, – усмехнулась она в ответ, точно разговаривала с ребенком, – а все еще веришь словам?
– Но если я и правда потомок богини любви… то…
– То за твое сердце Велес купит себе свободу от трона Нави у своих братьев, а я заберу твое юное тело и буду счастливо в нем жить под солнцем.
Лютая говорила так зло, но так убедительно, что не оставалось ни капельки сомнений, что просить ее о милости смысла не было. Предательство, которое саваном для ее семьи годами ткала Лютая, невозможно было представить и простить, но все же одним советом ведьмы она решила попробовать воспользоваться.
Лада обежала Ядвигу и упала на колени перед Велесом.
– Не губи, господин… не виновата я, что по роду матери мне досталось, я же еще и жизни увидеть не успела… молю тебя, верни мне мое сердце, отпусти восвояси… я буду почитать тебя как единственного бога… не губи…
Велес молча наклонил свою рогатую голову вниз и пристально посмотрел на девушку.
– Много лет назад я полюбил одну колдунью, – спокойно начал он вместо ответа, – но мои братья-боги посчитали, что не может быть в нашем роду такого изъяна, и потребовали, чтобы я оставил ее. За непослушание я был сослан управлять Навью. Ради нашей любви Ядвига согласилась спуститься сюда со мной, но, не справившись с жизнью в вечной ночи, бросила меня одного среди всего этого… – Голос его загремел, заставляя сотни сов покинуть приюты мрачных деревьев и испуганно взметнуться в небо. – Всего четыре Круглых дня в год – великое время без времени, сутки, когда может свершиться все что угодно. Сейчас в моих руках сердце богини любви, которое ты сама же мне и отдала. Рядом со мной вновь та, ради которой я покинул Явь… ты не знаешь, что такое боль настоящей потери, Лада. – Он перевел взгляд на Лютую. – Прости, Любовь, но ты просишь слишком много. Если у меня вновь есть шанс стать свободным…
– Но отец! Ты не такой! Ты не был таким! Ты же спас меня… потому что знаешь, что значит разбитое сердце… – вновь вмешался Мерот. – Почему из-за вас должна страдать она? Не она виновата в том, что с вами произошло! Это Яга тебя бросила!
– Не слушай их, любовь моя, – ласково залепетала Ядвига, – нам остался один шаг до свободы, и мы будем вместе. Я больше никогда тебя не покину… Я буду рядом, молодая, точно весенний цветок.
