Среди своих подчиненных Нарэш сильно выделялся, благодаря внушительным габаритам. А поскольку он еще и надел свою старую одежду, в которой обычно выходил в горячие точки на сражения, то выглядел очень эффектно: простые штаны цвета хаки из сверхпрочной матерчатой ткани с множеством потайных карманов, черная обтягивающая водолазка, удобные ботинки на рифленой подошве. В такой одежде было легко двигаться, а в случае чего при помощи одного специально прикупленного нанита можно было поменять ее цвет в целях конспирации.
– Мне тебя в этих твоих танковских шмотках сожрать хочется, – беззастенчиво заявил Нир утром, когда увидел, что надевает капитан.
Сам псионик оделся аналогично – черная водолазка, кожаные черные штаны, ботинки и потрепанный черный плащ с капюшоном поверх. Все это делало его неприметным среди того галактического сброда, что шатался по порту Исталана.
Выйдя из шаттла, они сразу же окунулись в оживленную базарную атмосферу порта и смешались с пестрой толпой. Поручив Астабеку найти и купить топливо для цистерны из четвертого отсека, Кэйл предупредил его, что отлучится на весь день и вернется на крейсер только вечером, и ушел вместе с Ниром.
Собственно, ему на платформе делать было нечего, но озверевший за два дня сидения в каюте Райнэ требовал свободы, и Кэйл не рискнул отказать своему псионику.
Космопорт Исталана ничем не отличался от сотен других, таких же безликих и оживленных в то же время – везде сновали инорасники, поражавшие своей внешностью, которая варьировалась так причудливо и странно, что удивляться устаешь. Здесь, в глуши, вдалеке от цивилизованных планет, встречались в основном подозрительные мрачные личности – некоторые пугали одним своим видом, их хотелось обойти стороной. Грузчики с кучей щупалец вместо рук таскали ящики, то и дело раздавались раздраженные окрики «Эй, посторонись, швах*!», через каждые пять метров пытались остановить местные шлюхи, порой выглядевшие совсем не как гуманоидные существа. Например, жирная трехглазая инорасница с тремя молочными железами, четырьмя ушами и мужским голосом вряд ли бы вызвала у нормального гуманоидного желание снять ее на ночь.
Загрязненный воздух и чавкающая под ногами грязь, множество покосившихся металлических будок с различными товарами (среди которых в основном попадались всевозможные наркотики, оружие и другие допинги) говорили о том, что с законом в этом месте не дружат.
Найрити был прав: в космопорту Исталана ошивался всевозможный галактический сброд из преступников, убийц, мелких торгашей и проституток, и ни одного гражданского.
Нарэш вздохнул, испытывая острое желание вернуться на крейсер. Находиться здесь ему не нравилось, зато Нир пребывал в восторге. Он глазел по сторонам, радовался как ребенок, и тянул Кэйла то к одной будке, то к другой, увлеченно разглядывая оружие и различные запрещенные законом вещества, которые ему пытались всучить местные торговцы, увидев в нем глупого клиента.
Кэйл покорно таскался за своим псиоником, следя за тем, чтобы его ненароком не толкнули или не задели, а то на него только замахнешься – сам упадет. На всякий случай он даже накрыл его «солнышком».
За пару часов они не обошли и трети того, что предлагал им космопорт, оказавшийся на удивление огромным. За все это время Кэйлу пришлось пару раз врезать нескольким особо настырным индивидуумам, отшить около десятка местных шлюх и наглядно показать паре торговцев, что потенциальный покупатель может очень рассердиться, если насильно заставлять его купить товар.
Нир же, не обращая внимания ни на что и ни на кого, праздно шатался среди пестрых рядов какого-то базарчика, где продавали всякое шмотье, антиквариат, оружие и другие никому ненужные, богами забытые вещи. Капюшон сполз с его головы, бледные щеки раскраснелись от ходьбы, а пепельные волосы беспорядочно рассыпались по плечам. Таким маленький и тонкий псионик привлекал внимание еще и местных сутенеров, которые все время норовили остановить его, ухватив за руку, и предложить денег, если он согласится стать одним из их «подопечных». Нир в ответ сначала развлекался, спрашивая, какую цену они ему предлагают, даже с энтузиазмом интересовался, какие клиенты попадаются проституткам, и вслух размышлял, стоит ли ему податься в шлюхи (при этом задавая Кэйлу вопросы в духе: «Как думаешь, из меня получится хороший куртизан, а? Вот этот дяденька считает, что я мог бы хорошо отсасывать. Буду мастером минета!»), но потом ему это надоело, и он стал в открытую посылать подходивших к нему с таким предложением инорасников на хуй. Некоторые такого посыла понимать не хотели, и Нарэшу приходилось подробно разъяснять им направление.
