Яну казалось, ещё немного, и он превратится в Тардара, своего прародителя, который однажды сел в своё кресло в саду на Патриуме и запретил себя беспокоить. Он вспомнил, как отец привозил их с братом в святую святых рода Тарда, тот самый сад, и показывал им, ещё совсем мальчишкам, крупную, как будто каменную фигуру в огромном резном кресле. В волосах старца гнездились местные птицы, борода поросла зелёным мхом, ступни погрузились в почву, а между пальцами пробились синеватые травы. Отец, конечно, уверял, что это тот самый Тардар, но Ян был уверен, что он над ними подшучивает. Дед-то каменный, хотелось сказать ему, не видно, что ли, но он сдержался. Все-таки, воспитание прежде было на высоте, не то, что нынче.
Тардар сел в кресло, чтобы смотреть на запад, говорил отец, чтобы видеть последний в своей жизни Путь. Они, вагусы, истинные странники этого мира, единственные, кто ещё может не только видеть Путь, но и открывать, а после – следовать Пути. А ещё они, возможно, последняя Первая кровь во Вселенной, невообразимо прекрасной, замечательно разнообразной, любовно обустроенной ими обители, где сами они теперь живут тайно, скрываясь.
Ян впервые покинул свой мрачный кабинет и удобное кресло, из которого, увы, никакого Пути не было видно, ради участия в выпускных испытаниях Академии Единого Совета. Искренне удивился, когда не обнаружил на своих чёрных волосах седины да паутины, которыми вполне можно было обрасти за столько лет бездействия. Нет, конечно, все эти десять лет он двигался, принимал пищу, совершал гигиенические процедуры, осуществлял командование СПИОР, но в пределах кабинета, что немыслимо для вагуса, поэтому и воспринимал это неподвижностью. Даже его пост Главы Службы безопасности Единого Совета ни разу за десять лет не потребовал его присутствия на Консиладе, где с охраной унылых долгих заседаний вполне успешно справлялась Гвардейская служба Дворца Совета.
Ян вспомнил своё последнее посещение заседания Совета, мероприятия, чем-то напоминающего долгие похороны. Да и от кого их защищать, членов Совета, если там собрались почти только одни сервады? За длинным столом, условно разделяющим Главный зал на две половины, сидели с одинаковым выражением лиц очень похожие между собой существа. Во всяком случае, для Яна они были все, словно близнецы – одинаково длинные постные лица с небольшими глазами под кустистыми бровями, длинные носы, скупые прорези ртов, тонкие волосы невыразительного цвета. По мнению Яна, внешний вид любого сервада характеризовался одним словом – длинный. Длинные руки, длинные ноги, высокий рост при субтильном телосложении с узкими плечами – всё, казалось, говорило об их слабости, но Ян знал, что это не так. Видимая хрупкость, подчёркиваемая свободными одеждами серых и коричневых оттенков, на поверку оборачивалась жилистостью и недюжинной силой. Но настоящая сила сервадов в другом, и Ян понимал, что такое его знание по-настоящему опасно. Сервады стали практически правящей расой Вселенной, поскольку обладали ментальной силой, способностью влиять на чужой разум. Так стоит ли удивляться, что сейчас они представляли в Совете планеты, на многих из которых не только никогда не жили, но даже и не ступали?
Иногда Яну казалось, что сервадов связывает коллективный разум, как бывает у некоторых видов инсектаров. Они жили всегда общинно, своей диаспорой, на трёх ближайших к Консиладу планетах. Понимали друг друга с полувзгляда, и Ян, хранящий свою принадлежность к Первой крови в тайне, в их присутствии всегда чувствовал себя неуютно. Именно поэтому редкость контактов с Советом всячески им приветствовалась, а его пост Главы СПИОР снабжал его достаточным количеством уважительных причин и поводов отсутствовать на Консиладе. Тарда быстро понял, что если при этом идти навстречу хотя бы половине инициатив правящей верхушки, то, в целом, сложится весьма привлекательная и не внушающая подозрений картина плодотворного сотрудничества и интеграции на всех уровнях власти.
Одна из таких инициатив, а именно, итоговая аттестация кадетов-выпускников Силового отделения Правоохранительного факультета Академии Единого Совета в условиях, максимально приближённых к реальным, и вынудила Яна взойти на борт флагмана и отправиться в звёздные просторы. И сейчас, неся на борту помимо команды пятьдесят готовых к выпуску курсантов, «Магнум II» доставил их к месту контрольного зачёта.
Ну, не совсем, конечно, к месту, вернее, совсем не к тому, но на то Ян и начальник СПИОР, чтобы принимать неожиданные, но обоснованные решения, направленные на получение наилучшего результата. Результатом в данном случае он считал проведение выпускных тестов в условиях настоящего задержания. Это позволило бы не только выявить действительный уровень подготовки студентов, но и провести полноценный рейд, отправив десяток-другой бандитов в трудовые поселения на станцию-изолятор.
