У меня действительно не было ни малейшего представления, что нужно делать. Идея передачи энергии между ученицами родилась спонтанно, и я решил сконцентрировать на этом всё своё внимание. По началу шло тяжело — девушки, как и я, понятия не имели, что нужно делать. Что значит «передать тепло»? Что значит «забрать тепло»? Самое время сдаться и сказать, что ничего не получится.
Вот только мой голос не утихал ни на мгновение, не позволяя сдаваться. Я говорил порой полную чушь о передаче энергии, о движении воздуха, о его рождении где-то в глубинах источника, но говорил. Молчать сейчас совершенно нельзя.
Так продолжалось несколько часов. В какой-то момент я осознал, что охрип — говорить стало тяжело. Замолчав, решив, что для первого раза достаточно, я посмотрел на учениц и обомлел — девушки не услышали, что я замолчал. Им больше вообще не требовался мой голос — они начали действовать самостоятельно. При этом что-то происходило — ладони, которыми мои ученицы держались друг за друга, озарились магическим ореолом, похожим на «касание хаоса».
Это было не совсем нормально — о таком я ничего не слышал. Когда я прикоснулся к Милене, чтобы посмотреть на её энергетическую структуру, меня пронзила молния такой мощности, что я отлетел на несколько метров, где и остался лежать. Так меня давно не пробивало — казалось, что сердце сейчас остановится. Одежда начала дымиться. Или это не одежда, а уже тело? Непонятно. В любом случае — от меня шёл дым.
Собравшись с силами, я попытался приподняться, но руки подломились, и я рухнул обратно на камни. Досталось мне сильнее, чем хотелось бы. Конечно, не могло не радовать, что появилась молния — она была одной из нестабильных особенностей магии воздуха, вот только моё состояние к ощущению радости не располагало.
Как назло, эликсиров лечения у меня с собой не было. Лечебной каши тоже. Собравшись, я перевернулся на бок и, как мне кажется, это было огромной ошибкой — тело вспыхнуло такой болью, словно меня окатило кипятком. Сознание померкло и ко мне пришла тьма.
— Как он? — сквозь тьму прорвался голос Натали.
— Живой! — ответила Милена, после чего я начал ощущать тело. По нему разлилось приятное тепло, вымывая остатки невероятной боли. — Это же учитель! Его просто так не убьёшь!
Открыв глаза, я увидел стоящую надо мной Милену. Зелёные ладони мага природы лежали на моей груди, а на плечах лекаря лежали ладони Розалин и Натали. И то, что я видел, больше походило на какую-то галлюцинацию — ладони девушек тоже озарялись ореолом! Красным у Розалин и синим у Натали. И этот ореол входил в Милену, словно лечение! Но это невозможно! У огня и воды нет лечебных заклинаний!
Милена убрала руки с моей груди и поднялась. Лежать перед девушками мне показалось неправильным, поэтому я встал. Меня, конечно, шатало от слабости, но первичный осмотр показал, что с телом всё в порядке.
— Учитель, а не пора ли нам всё рассказать? — спросила Розалин.
— Ты сейчас о чём? — спросил я, подивившись, какой сухой у меня стал голос.
— Кто ты, учитель? — подключилась Натали.
— Ваш учитель, — начал было я, но замолчал, увидев слишком серьёзные взгляды своих учениц. — Нам всем будет проще, если вы объясните, что произошло.
— Что произошло? — голос Розалин не предвещал ничего хорошего. — Ты нас объединил!
— Девочки, разве вы не видите, что учитель совершенно ничего не понимает, — Милена вступилась за меня. — Он же почти сгорел, когда провёл ритуал объединения. Даже удивительно, как вообще дожил, пока мы со всем разобрались.
— Разобрались? — Розалин переключилась на Милену. — Как можно разобраться с тем, что у меня теперь ваши воспоминания? Воспоминания других магов? У меня в голове так всё перемешалось, что я не понимаю, где моё, а где чужое! Учитель, кто такая группа «Истина»? И почему мы теперь стали её частью?
— Это невозможно, — ошарашенно произнёс я. — Вы не можете стать частью «Истины», потому что…
Закончить своё предложение я не сумел — ко мне пришло осознание, что у меня отныне нет воспоминаний группы «Истина»! Я больше не Хаос! Я стал просто воином хаоса, сумевшим передать силу группы «Истина» другим!
Ушло всё. Память о схронах, о жизни других участников группы, об их походах в разломы. Даже настоящие имена погибшей шестёрки и те стёрлись из моей памяти, словно их там никогда не было! Единственное имя, которое я помнил, было Кэролл Верал, Тьма из группы «Истина», бабка Шира.
— Тебя признали недостойным, учитель, — с какими-то нотками извинения произнесла Милена. — Поэтому ты больше не являешься частью «Истины». Голова раскалывается от того, что происходит. Прошу, поясни, что с нами происходит?
— Ты стала Природой, — нехотя произнёс я. — Одной из шести магов группы «Истина».
— Мне не нравится это имя! — с нажимом заявила Милена. — Я не согласна на него! Я Милена и точка! Ладно, пусть для группы буду Мила, но никак иначе! Я не Природа и никогда ею не стану!
— Я не Вода, — тут же произнесла Натали. — Моё имя Натали, для группы Ната!
— Я не Огонь! — Розалин присоединилась к всеобщему безумию. — Для группы я буду Розой!
