Я поспешно вышла из круга. Надо найти тетушку — с ней мне было бы гораздо спокойней.
— Ты куда? — крикнула мне Сибил. Ее щеки пылали, отчего она выглядела очень милой.
— К тете. Хочу узнать, не пора ли домой.
— Но ведь мы недавно приехали! Еще совсем рано!
Ей так не хотелось уезжать. И я понимала ее. Почему мои страхи должны касаться других? Может быть, я опять напридумывала бог знает что! Еще Мэг не раз повторяла, что я большая мастерица по части выдумок и любительница переполохов.
— Стоит вам, мисс, услышать одно слово, как вы тут же сочините из него целую историю!
Уговаривая себя таким образом, я немного успокоилась, но танцевать мне уже расхотелось. Поэтому я направилась в ту часть поляны, где раздавали выпечку и проводили конкурс "Лучший овощ", в надежде найти там тетю Гризельду.
Его я заметила сразу, как только отошла от костра. Не сомневаюсь, что Дамьян решил по тому, как я встревожено оглядывалась, что пора показаться. Его сопровождали ребята, среди которых я узнала Била Стоуна из Китчестера и братьев Бредли. Двое других мне были незнакомы. Все ребята держались позади Дамьяна, а он вышагивал во главе и явно был их предводителем. Вот уж никогда бы не подумала, что эти хвастунишки Бредли могли перед кем-то увиваться. Но около него они явно увивались. Даже согнулись немного, так как он был ниже их на целую голову, и заискивающе лыбились. Меня они не замечали и обсуждали что-то, громко обращаясь к нему. Он же смотрел прямо на меня.
— Идите, найдите своих! — нетерпеливо произнес он, прерывая их болтовню, и махнул в сторону костра, от которого я только что ушла. — Мне надо кое с кем поговорить.
Невероятно, но ребята тут же повиновались! Они побрели в ту сторону, куда он показал, и даже не обернулись, чтобы посмотреть с кем же будет встречаться их разлюбезный предводитель.
Я была слишком поражена, чтобы придумать подходящее приветствие, поэтому просто молча смотрела, как он подходит ко мне. Он сам захотел увидеться со мной, вот пусть и начинает разговор первым!
Но Дамьян, подойдя ко мне, взял за руку и потянул в лес. Не хочет, чтобы нас видели! Мы прошли немного вглубь и остановились. Он отпустил меня и прислонился к дереву.
С этого места поляна хорошо просматривалась, и нам был виден костер и люди вокруг него. Я заметила Летти. Она танцевала рядом с парнем в такой же соломенной шляпе, как у нее, только без цветов. Мне показалось, что Дамьян наблюдает за ней. Сама же я украдкой смотрела на него.
Он почти не изменился с того памятного случая, когда его лошади чуть не сбили Сибил. Сколько раз я представляла себе его надменное узкое лицо и черные глаза, насмешливо смотревшие на меня! Представляла, как мы встретимся, и как я одним остроумным замечанием поставлю его на место. Я часами придумывала слова, которые скажу ему при встрече. И вот она — встреча! А в голове пусто, словно в дырявом молочном бидоне.
Я с каким-то затаенным злорадством отметила, что он все еще оставался ниже меня. Правда, совсем чуть-чуть. Я не сомневалась, что со временем он еще вытянется. Его светлые волосы скрывала объемная кепи, надетая задом наперед, отчего он походил на шалопая. В черных глазах светился интерес, а не презрение, как в тот день, когда я впервые увидела его. Мне казалось, что я придумала себе, будто Дамьян выглядит взрослее, чем есть. На самом же деле, он — самый обычный мальчишка, нет, теперь уже юноша, а я тогда вообразила его каким-то "не таким, как все". И все же даже сейчас, в темноте, можно было видеть его "циничную взрослость". Разглядывая его, я отметила сдвинутые брови и жесткую морщинку на лбу.
Сейчас Дамьян не выглядел таким высокомерным, как в день несчастного случая или как всего несколько минут назад, когда был в группе ребят. Он стоял, облокотившись о вяз, и поза его была нарочито расслабленной. Какое-то время мы молчали. Затем, когда молчание стало уже неприлично затянутым он, наконец, произнес:
— Помнишь меня, соловей?
— Как же я забуду Белую Смерть! — ответила я. Сама не знаю, почему именно так! Как только слова вылетели, я пожалела о них. Это было до смешного глупо.
Он криво усмехнулся.
— Значит, так меня называют здесь?
— Нет, так я увидела тебя в тот момент, когда ты высовывался из мчащейся на нас экипажа.
— И не испугалась Смерти?
— Ну, ты же оказался не Смертью, — я чуть помедлила, и язвительно добавила, — а всего лишь маленьким мальчиком с белыми волосами.
— А ты всего лишь резвой птичкой, бросившейся под копыта!
Мы снова замолчали. Дамьян не смотрел на меня, а разглядывал людей у костра. Я же не понимала, зачем он остановил меня и потянул сюда в лес, если молчит и ничего не говорит.
— Что опять решил без спроса поездить по окрестностям, как в прошлый раз? — спросила я.
— Мне уже давно не требуется разрешение старика. Разве ты не заметила — я уже вырос из детского возраста.
— Из детского возраста, может, и вырос, а вот ростом еще явно маловат!
— Зато, я смотрю, твой язык стал намного длиннее с нашей последней встречи. Растет, прям, не по дням, а по часам.
