Из рапорта в Областное управление НКВД:
Также считаю необходимым отметить нового сотрудника подведомственного мне райотдела тов. Магуру Н. С., который лично задержал ряд нарушителей статей Уголовного кодекса РСФСР, в том числе:
«домушника», пробравшегося в отсутствие хозяев в их дом и забравшего содержимое сундука; похитителя теленка из колхозной фермы; преступную шайку из двух человек, дважды присвоивших денежную выручку местного универмага; затеявших драку у пивного ларька; разбившего окно в доме тещи; промышлявших на рынке карманников; самогонщицу, варившую и торгующую зельем; обезвредил взбесившуюся собаку.
Прошу решить вопрос о присвоении работнику правоохранительных органов заслуженного им звания сержанта.
Прилетевшая из калмыцких степей буря нагрянула на Заволжский поселок неожиданно. Скрылось солнце, потемнело небо. Сильные порывы ветра свалили несколько столбов, отчего умолкли радиорепродукторы, сорвали с нескольких домов крыши, сломали в парке скульптуры девушки с веслом и колхозника со снопом, в клочья порвали рекламу «Брось кубышку ― заведи сберкнижку!». Горячий песок залеплял глаза, хрустел на зубах, люди спешили загнать в сараи купавшихся на улицах в пыли гусей, кур, самим прятаться в домах.
«О стихийном бедствии наверняка стало известно Людмиле с Денисом, беспокоятся обо мне», ― подумал Магура и поспешил на почту отправить семье телеграмму.
Шел спиной к неутихающим сильным порывам вет-ра, изо всех сил стараясь не упасть, и замер при виде антенны на крыше одного из домов. Вспомнил, что Сталинградский радиоузел вещает не только по проводам, а и в эфире, и чтобы узнать, что творится в городе, области, какие бедствия нанесла песчаная буря, постучал в дом, попросил воспользоваться приемником.
— Заходьте, господин полицейский, простите, товарищ милиционер, ― с сильным иностранным акцентом, неправильно ставя в словах ударения, пригласил хозяин и посетовал, что областной центр молчит, вместо передач из Сталинграда сплошной треск.
Магура включил приемник (он был настроен не на средние волны, на которых вещала областная радиостанция, а на короткие), и из динамика вырвалась немецкая речь
— О чем иностранцы болтают? ― спросил Николай Степанович, хотя довольно прилично владел немецким языком — изучил его с помощью жителя городского района Сарепта, который во времена царствования императрицы Екатерины Второй заселили выходцы из Германии, а теперь их потомкам.
— Не могу знать, пан, ― признался хозяин. — С рождения Боженька одарил лишь родным языком, позже не очень хорошо научился говорить по-русски.
— Поляк?
— Точна так, ― по-военному четко ответил обладатель приемника. — Родом из Кракова. Когда лишился работы, а с нею крыши над головой, перешел границу, попал в Белоруссию. На родине ничего не удерживало ― ни семьи, ни близких родственников не имею. Получил статус беженца, местожительством определили ваш район.
Магура перевел шкалу настройки на средние волны ― радиостанция Сталинграда онемела. Извинился за вторжение и покинул дом. Шагал и думал: «Почему солгал, будто не владеет немецким? Перед моим появлением слушал Берлин, торопился открыть мне дверь и забыл сменить диапазон и волну».
У встреченного сержанта милиции поинтересовался эмигрантом, узнал, что тот мастер по ремонту часов.
— Имеет истинно золотые руки. В два счета запросто устраняет поломку любых часов ― от настенных «ходиков», с «кукушкой» до наручных с карманными. Справился, вернул ход и тем часам, что на здании райисполкома, теперь как прежде каждый час звучат колокольчики. Обслуживает и соседние районы.
В песчаную бурю лишилась связи с городом и почта.
— Ни одна машина в областной центр не ушла, ― пожаловались почтовики. ― За время ненастья скопилось много неотправленной корреспонденции.
Стол на почте был завален посылками, бандеролями, заказными письмами, сверху лежало послание часовщика в Истринский район Подмосковья, город Дедовск некоему Маркелову Стефану. Конверт хранил следы клея.
«Изготовители забыли наложить клей или часовщик исправил оплошность? С кем переписывается, если жаловался на отсутствие родственников?»
Магура решил позже получить санкцию прокурора на вскрытие корреспонденции. Увидев кипящий на электрической плите чайник, поднес письмо к вырывающейся из носика струе пара и расклеил конверт. Развернул занимающее лист послание ― часовщик сообщал о приобретении им шерстяного двубортного костюма, хвастался хорошими заработками, желал крепкого здоровья, всяческих успехов в труде и в личной жизни. Николай Степанович собрался вернуть письмо на его прежнее место, когда на внутренней стороне конверта заметил проступившие от воздействия пара колонки многозначных цифр.
После составления и подписания акта об изъятии корреспонденции, Магура с захваченным по пути начальником райотдела вернулся к поляку.
— Желаете починить часики? ― спросил мастер. ― Позвали бы, и я сам пришел за прекратившими ход.
— Пойдешь, гнида фашистская, под конвоем, как арестант! — перебил Африкан. ― Швах твоей шпионской деятельности. Больше не будешь вынюхивать наши оборонные тайны.
