— Кажется женское время за столом подошло к завершению, не так ли принцесса? — Невесть откуда появившийся Хоук навис над Ингеборг подобно грозовой тучи. — Моя невеста и будущая королева севера должна соблюдать все обычаи как и положено целомудренной деве. — Викинг метнул острый взгляд в сторону сидящего рядом с ней Торольва. — Я провожу тебя — Хоук протянул ладонь Ингеборг, девушке ничего не оставалось делать, как скорее встать из за стола и покинуть пиршество. Она посмотрела на друга Харальда так, как будто ей на самом деле было что рассказать, но смолчала.
— Доброй ночи Торольв. Тебе незачем волноваться, со мной все хорошо и я наконец счастлива. — ответила она на прощание, прежде чем Хоук увёл ее.
— Доброй ночи … — Торольв смотрел в след уходящей паре. Викинг заметил как крепко рука Хоука сжала ее предплечье, он что то в пол голоса говорил ей, Ингеборг молчала, опустив голову не поднимая глаз.
Больше Торольву так и не удалось поговорить с Ингвидоттир, все его попытки заканчивались неудачей. Хоук словно чувствовал когда Торольв оказался рядом с его невестой, и не оставлял ее одну.
На третий день Торольв собирался отплывать домой, на пиру был обговорён день свадьбы Ингеборг и Хоука, и так как девушка осталась сиротой, посаженным отцом решил стать Ярл Отар. Рабы варили праздничный эль, после того как он настоится, через десять дней состоится свадьба.
В вечернем сумраке Торольв шел на берег где его команда готовила драккар к отплытию. Внутри викинг испытывал неудовлетворение что ему так и не удалось переговорить с Ингеборг. Дальнейшие его попытки завести разговор с принцессой, могли бы привести к скандалу. Хоук мог бы истолковать их неправильно и подумать будто он хочет увести его невесту, тогда хольмганга было бы не избежать.
Прохладный ветер дул в спину викинга, дыхание осени постепенно стало ощущаться вечерами, Торольв немного поёжился. Его согревала мысль что совсем скоро он увидит свою ненаглядную Рунгерд. Но так же его печалила смерть друга — Харальда. На тинге все его заверяли, что к берегу прибились останки его драккара, и рыбаки вытащили из воды мертвые тела парней из хирда Ингвирссона. Судьба Ингемара занимала его меньше всего, он плохо знал сводного брата Харальда. Но раз его драккар так и не прибыл в Хедебю, значит Один забрал его в свои чертоги.
Погруженный в свои мысли, Торольв обогнул поселение и вышел на широкую тропу, усыпанную пожелтевшими листьями. Вдали маячили огни факелов, доносились голоса его команды, драккар был готов к отплытию.
Внезапно из за широко дерева появилась тень, Торольв потянулся к рукояти набедренного ножа, тень мелькнула в кустах и вышла ему на встречу.
— А ну стой если хочешь жить! — Крикнул викинг, но тень и не пыталась убежать, наоборот она двинулась к нему.
В полумраке викинг заметил лёгкое очертание женской фигуры, наконец когда он был на близком расстоянии, ему удалось разглядеть женской плащ. Баба!
— Кто ты такая? — спросил Торольв, подходя ближе, не убирая руку с оружия. Викинг заметил как из под капюшона выбились огненно рыжие пряди, незнакомка была хороша собой, раньше он никогда ее не встречал. Окинув ее быстрым взглядом, он заметил что баба в положении, через плащ виднелось что она ждёт дитя.
Девка чуть поклонилась, и прикрывая живот начала говорить.
— Мое имя Кассандра. Меня послала к тебе принцесса, я пришла просить тебя о помощи, достопочтенный Торольв, сын Гуннара. — Незнакомка протянула ему платок Ингеборг, в знак правдивости ее слов. — Принцесса сказала что тебе можно доверять, мне предстоит тебе многое рассказать. — Прибрежный ветер зашумел в коронах деревьев, капюшон плаща незнакомки сполз с головы, открывая взору викинга огненные локоны саксонки.
К осени совсем разболелись ноги у старой знахарки Белявы. Все больше и больше времени старая ведунья проводила в лесной избе, где все дела по хозяйству вела Леля. Корзины что они плели, охотно покупали на ярмарках. Так же, пока лес был богат на ягоды да орехи, Леля с благодарностью принимала его дары, которые тоже носила на продажу.
Даром жизнь в северных краях не прошла для Лели, Ивар научил ее ставить силки на мелкого зверя, охотиться на птицу, и плести сети для ловли рыбы из крапивы и болотной осоки, так же девушка часто видела как рабы ловили рыбу на лозняку — корзину с плетёным воронкообразным отверстием, куда и заплывала рыба.
Иногда с деревни кто приходил помощи просил у Белявы, то ребёнок с хворью какой, то роженица третьи сутки разродиться не может, даже к Лели как то народ попривык, но постыдное положение девицы незамужней, играло с ней злую шутку.
Осень пришла ранняя, холодная и промозглая, неспокойно стало в деревнях и городе, нападали друг на друга целые поселения, сжигая все на своём пути.
Дружинники князя стойко отбивали город, где с некоторых пор служил Аксель.
