Глаза девки стали как две монеты, боится меня, подумал Харальд. Кассандра вся напрягалась как натянутая струна, от викинга разило элем, он грубо поцеловал ее в приоткрытые губы. Девушка почувствовала как его мужская плоть упирается ей в бёдра. О Боги! Он просто огромен! Он разорвёт меня на части! Думала напуганная саксонка. Кассандра почувствовала как нормандец сжимает ее запястья большой ладонью и поднимает ее руки над головой. Упругость и нежность женских изгибов возбуждала Харальда, он лёг на неё всей тяжестью своего тела, вжимая в мягкие шкуры. На миг отстранившись от девчонки, викинг жадно осмотрел ее. Налитая грудь с синими прожилками вен, приковывала к себе взгляд, Харальд провёл пальцем меж двух бугорков. Тело девчонки покрылось мурашками.
Девушка почувствовала как его рука стала гладить живот, затем опускаться все ниже, в самое сокровенное место. Саксонка вдруг от страха сжала ноги.
— Расслабься— хриплым голосом произнёс Харальд. Его мужская плоть пульсировала, тело просило долгожданной разрядки, викинг просунул своё колено, тем самым раздвигая ее бёдра. Девка громко охнула, и стала змей извиваться на постели.
— Лежи тихо, боль будет резкая, но быстрая. — Харальд грубо развёл ей ноги. Руки саксонки пытались оттолкнуть Харальда, ногти царапали плечи, но ее попытки были тщетны. Дыхание викинга стало сбивчивым, он все так же не отпуская ее рук, одним резким движением вошёл в ее нежную плоть. Харальд издал громкий рык. Как он и предполагал, девку никто не помял.
Саксонка громко закричала, из глаз брызнули слёзы. О Боги! Как же больно!
Харальд не замечал ее стоны и и просьбы остановиться. Он даже не смотрел на неё. Получай что просила, наглая саксонка! Твердая мужская плоть, казалось разрывает ее на части. Внизу все горело огнём. Его сильные руки больно стискивали ее бедра, поднимая вверх, навстречу его толчкам.
Харальд был груб с ней, он вонзался в неё все с большей силой, в тугие глубины ее женской плоти, воспламеняя и удовлетворяя свое желание. Крики Кассандры потонули в тяжелом дыхании Харальда.
Викинг вдруг остановился, повернув девку лицом к стене, он овладел ею сзади, намотав рыжие волосы на кулак. Сгорая от стыда, саксонка держалась за деревянную спинку кровати, она и представить себе не могла что так мужчина может любить женщину.
Терзая саксонку пол ночи, на рассвете викинг все же отпустил девку. Он отстранился от нее, опрокидываясь на парчовые подушки. Выпитый за вечер эль выветрился с головы, тело сладко ныло после любовных утех. Кассандра прижалась к нему, положив свою голову на его крепкое плечо. Харальд слышал ее мирное дыхание, девка уснула.
Викинг скривил губы. С утра он даст ей пару золотых браслетов да дорогие тряпки на платья. И отправит назад в рабский дом.
Викинг аккуратно поднялся с постели, пытаясь не разбудить девчонку. Он оделся и взяв секиру, направился к выходу.
Уже у дверей Харальд посмотрел на спящую саксонку. Одеяло скаталось под ней, оголяя белоснежную грудь, рыжие локоны разметались на подушке. Губы слегка припухли от его жарких поцелуев.
А может оставить бабу себе? Пускай девка согревает ночами. Может с помощью неё удасться забыть гордую словенку? Но тот голод что вызвала Сольвейг, не удовлетворила даже красивая саксонка.
Где то внутри Харальда словно пронзила молния. Он опять увидел пред собой словенку. Ее тихая красота не была такой броской как у англичанки, но что то в ней было такое, отчего Харальд терял голову.
Довольно! Надо вырвать ее из сердца!
Харальд глубоко вздохнул, тихо прикрыл за собой двери. На дворе забрезжил алый рассвет.
Наступила середина февраля. Могучие фьорды укрылись белым покрывалом, суровые ледяные ветра обдували побережье. Несмотря на то что море не покрылось коркой льда, из за непроглядных туманов и северных циклонов, викинги не ходили в плавание.
Зимними вечерами женщины ткали покрывала сидя у очага, рассказывая маленьким детям легенды о мировом дереве Иггдрасиль и битвах храбрых викингов, мужчины же ходили на моржовую охоту, или же разделывали тушу выброшенного на берег кита.
Сольвейг впервые увидела полярные ночи. Они завораживали своей красотой, загадочное северное сияние манило своим тайным величием, танец теней и света поражал своими красками.
— Что это такое? — Спрашивала девушка у Свейна, заворожённо смотря на сияющий небосвод.
— Северяне говорят что это мост Биврёст — дрожащая арка, пересекающая небо и соединяющая миры Асов и людей. — Мальчик зябко потер ладони, согревая онемевшие пальцы своим дыханием. — Один из воинов поведал мне, будто бы по этому мосту спускается сам Бог Один на своей колеснице. А ещё прекрасные валькирии, на крылатых конях спускаются по Биврёсту, в мир людей Мидград и отвозят самых храбрых воинов в чертоги Валгаллы.
Сольвейг слушала рассказы Свейна и дивилась, сколько же интересного и необычного у варяг.
