Ярл Олаф согревал онемевшие руки возле очага. Дорога в поместье конунга заняла чуть больше суток, но немолодой Ярл очень утомился и все время потирал уставшие от походных лыж, колени. Несмотря на то что приближалась весна, снега в лесах было не мало.
Конунг Ингви был рад приезду своего давнего друга, боевого соратника. Он заметил насколько сильно постарел Олаф, прежде чёрные как смоль волосы, покрылись серебром, россыпь мелких морщин залегла на лице, лишь зоркий взгляд выдавал в старом ярле некогда могучего воина северных земель.
Олаф прокашлял горло, и смотря на оранжевые языки пламени, начал говорить.
— Конунг, я слышал про весенний поход на саксов. Мой хирд, и три боевых драккара тоже отправляются вместе с остальными.
— Я не сомневался в тебе, старина! — Ингви смотрел как Олаф дрожащими пальцами держит кубок. Старик совсем сдал за эту зиму, подумал он.
— Я приехал сказать, что этой весной я тоже отправлюсь в набег.
Конунг удивился. Старый ярл так слаб, о чем он говорит? Наверняка его рука и топор удержать не сможет.
Олаф как будто понял его мысли и засмеялся.
— Знаю, знаю! Не смотри на меня так. Болезнь совсем съела меня, я скоро умру!
— Но в моих владениях есть знахарка, она может помочь…
Старый Ярл нахмурил седые брови.
— Мне не нужна бабья помощь, конунг! Я не собираюсь подыхать в своей постели, как немощный старик! — Он опять громко закашлял, после продолжил — Ты сам знаешь, что для викинга нет ничего позорнее умереть дома, в кровати! Я всю жизнь провёл на поле боя, там же и хочу покинуть этот свет, что бы отправиться в небесную Валлгалу, как и положено викингу!
Конунг почесал подбородок. Доля правды была в его словах, если старик того желает, то он не станет противиться.
— Ну что же, я сочту за честь вновь биться с тобой плечом к плечу, Олаф! — Конунг кивнул.
— Так ты приехал что бы сообщить мне своё решение? — Удивился Ингви
Ярл протянул руки к огню.
— Не только. Я приехал выдать замуж свою последнюю младшую дочь, Оду.
Конунг вскинул брови.
— Да да. Не смотри так на меня Ингви. После того как я умру, я хочу что бы моя дочь и все мои владения были защищены.
— Хм. Но Ингемар так и не вернулся с похода… Боюсь что больше мы его не увидим…
Олаф ухмыльнулся.
— А я не говорю про Ингемара. Ты кажется забыл что у тебя есть ещё один сын. — Ярл лукаво посмотрел на конунга. Тот сжал кулаки.
Что мелет этот старик?! О Харальде он не забывал никогда, ни на минуту! Но с чего это вдруг он хочет выдать свою дочь за незаконнорождённого?
— Ты знаешь что Харальд бастард. Зачем тебе это?
— Да. Я знаю. Но знаю ещё что он стал ярлом в Борнхольме, а весной ты хотел признать его, не так ли конунг?
Ха! Кажется старик не промах.
— Твои доносчики хорошо осведомили тебя, Ярл!
— Именно! Лучшей партии для Оды не найти, сын конунга, к тому же уже стал ярлом! — Старик потёр больные колени — Думаю о том что о его силе говорит весь север, тебе рассказывать не надо. С таким зятем, я могу спокойно отправится в Валлгалу! Я буду знать что мои земли, а главное дочь, под защитой.
Конунг задумался. С чего это вдруг старик решил что Харальд согласится жениться на его дочери?
— Но Харальд теперь сам себе хозяин. Я не могу повлиять на него!
Олаф засмеялся.
— От моего предложения трудно будет отказаться, он станет управлять обширной, плодородной землей! Все мои хирды и драккары перейдут к нему! — старик вдруг посмотрел на конунга. — Подействуй на него! Объясни что он может потерять а что обрести! Пусть женится на Оде, она дочь истинного викинга, в ее жилах течёт кровь народов севера! Она родит ему крепких сыновей. — Старик опять прокашлялся в кулак — Тискать рабынь ему никто не запрещает, пускай в тайне имеет наложниц и шлюх, главное что бы моя дочь была в безопастности и главное счастлива!
Ингви поджал губы. Как плохо он знает Харальда, тому не нужны не земли ни слава. Никто не сможет заставить сына сделать что то против его воли.
— Ну что же, раз это твоё предсмертное желание, то как только лёд тронется, приплывай на весенний тинг вместе с дочерью. Все воины севера будут в Хедебю. Я поговорю с Харальдом, возможно его заинтересует твоё предложение!
— Ха! Моя Ода просто красотка! Ты бы видел ее! Как только твой сын ее увидит, он забудет всех баб!
Конунг вспомнил что пару лет назад он кажется встречал на летнем пиру дочь ярла Олафа. Тогда она была ещё угловатым подростком, женская грудь начинала только только расти, но уже тогда не сложно было заметить, что девка станет настоящей красавицей.
— Тогда выпьем же за весенний тинг и предстоящий поход! Скол!
— Скол!
Ярл вновь погладил больные колени. Надо скорее выдать Оду замуж, пока пузо не полезло на лоб и о ее беременности не узнал весь север. Проклятая девка!
Наступила весна, унылые снежные пейзажи стали сменяться оттепелью, первым цветением кустов рододендрона, горные ручьи пробудили ото сна скалистые фьорды, дни заметно становились длиннее. Огромными стаями возвращались птицы в родные края.
