Впрочем, сегодня и я была одной из них. Отмытая до скрипа, причесанная волосок к волоску, обрызганная с ног до головы душистой водой, с черной меткой на правой руке, в серебристом платье, легких туфельках на маленьком каблуке, с альмом на плече, и с серебристой заколкой в виде ворона в волосах. И тиски, сковавшие сердце, я почти не чувствовала.
Это была я, настоящая, только в новой жизни, где даже печать на руке скрывать не было нужды. Где на меня смотрели с интересом, а не с отторжением или жалостью. Где именно так, в огромном торжественном зале меня представили королю.
После официальной части отца попросили ненадолго задержаться, дабы помочь королевскому наследнику справиться с мигренью, а я с Парсевалем отправилась прогуляться по саду среди экзотических зеленых дорожек вечноцветущего раньяла. Альм на моем плече восседал гордо, величественно кивал проходящим мимо дамам и тихонько между делом выспрашивал у меня события последних дней. Я рассказывала о задачке с красным озером, о видениях, об Элизе, но самую стыдную часть вчерашнего дня старательно замалчивала, хотя ворон, будто чувствуя, что история неполная, пытал меня все новыми вопросами, иногда будто нечаянно повторяясь.
- Попрощались, стало быть? - причмокивая клювом, в десятый раз спросил он. - А потом к отцу пошли? А у него, получается, здесь семья, дети?
- Да. Валента и Эльмир, - спокойно ответила я, и добавила новые детали, раз уж ему было интересно: - Мальчику четыре года, а Валента работает медсестрой в королевской лечебнице.
- А почему у твоего отца другое имя?
Этот вопрос я и сама задала вчера самым первым.
- По той же причине, по которой ты не мог точно определить его местонахождение - он все еще скрывается от короля Мейра. Официально власти на территории другого государства у него нет, но безопасность лишней не бывает.
Парсеваль одобрительно покивал головой и вдруг ощутимо клюнул меня в плечо.
- Направо поворачивай! По левой тропинке полно противных мошек, терпеть их не могу!
Внезапная избирательность ворона меня хоть и удивила, однако повернула я направо без задней мысли, и уже в следующее мгновение поняла, что подстроил крылатый чертяка.
- Раймира! - зычно окликнул меня Артур, как только я выступила на круглую поляну, окруженную высокими раскидистыми елями. На их фоне цветущий раньял смотрелся особенно мило - аккуратные белые кустики среди вековых исполинов.
Но в груди защемило не от этого великолепного зрелища. Посреди поляны в окружении милых, восторженно щебечущих, воздушных барышень стояли кастигадоры в полном составе. В полном облачении, начищенные до блеска, черные до рези в глазах, они будто большие темные пятна на белом холсте были чужды этому месту, но не моему сердцу. Все семеро. Но глядела я в этот момент только на приближающегося Артура.
- Думал, уже не увижу! - обрадованно произнес он и сграбастал меня в объятия. Парсеваль еле успел взвиться в воздух, чтобы усесться на ближайшую ветку. - Отец у тебя, малек, уж больно суров.
Поверх его плеча было видно остальных - заинтересованно смотрящих на нас девушек и мужчин. Теренс приветственно махнул мне рукой, Айрон и Эллрой улыбнулись, Родж только прищурился, а Гордон нахмурил брови и кивнул, он ведь сторонился теневиков. И лишь на одного из них я сама не могла посмотреть. Хотя ответный взгляд, пристальный и тяжелый, на себе чувствовала с первого мгновения выхода на поляну.
- Мы завтра уезжаем, - сообщил Артур, перестав меня душить. - В полдень отправляемся с постоялого двора. Приходи проводить. Теперь ведь долго не увидимся, разве что я снова приеду к Шишиху.
Прищурившись от яркого солнца, я заслонила лицо рукой и как смогла улыбнулась.
- Постараюсь.
- Не пропадай, - как-то грустно, будто зная, что я не приду, попросил Артур и оглянулся на Бейта.
Взглянула на главу карателей и я. Раскаленные тиски теснее обхватили сердце, но сжать не успели - я отвела взгляд и потрепала Артура по руке.
- Мне пора идти, отец может потерять. И приезжай, или к Шишиху, или ко мне. Я буду ждать.
Торопливо помахав остальным карателям, я развернулась и медленно пошла прочь, чувствуя на своей спине множество взглядов, а на плече - цепкие коготки альма.
Три недели спустя, Мейр. Джеральд
Лето в Мейре было прекрасно. Впрочем, как и везде. Артур мне об этом все уши прожужжал, и улыбка его по мере приближения к столице родного государства становилась только шире, будто кто-то усердно растягивал ее в стороны.
А уж когда после визита к королю на следующий день мы отправились к Анси, его стало невозможно слушать - сахар на зубах скрипел.
- Люблю свадьбы, - воодушевленно сообщил друг. - Вы сегодня обсудите дату? А Элизу ведь пригласите? Алиона, кажется, ее невзлюбила, но на тебя то я надеюсь. Будет возможность с ней потанцевать. Нам это так редко удается. Раза три всего и было, и один из них не считается, потому что ей было лет десять.
