Внезапно завибрировал его собственный мобильный, это звонил молодой полицейский, который одно время дежурил в доме Лянов.
– Алло!
– Алло! Помнишь, ты просил разузнать, арендовал ли Фан У автомобиль… – голос в трубке учащенно дышал, – Он действительно оформил аренду! Но владелец сервиса сегодня перезвонил мне и сказал, что Фан У на этом не остановился и арендовал второй! Две машины – и он забрал обе!
Ему показалось, будто из груди моментально выкачали весь воздух, и снова накатила досада из-за того, что он так медленно соображает и вечно отстает от преступника на полшага.
Фан У, очевидно, с самого начала знал, что за Лян Го будут следить полицейские, и заранее оставил на парковке второй из арендованных автомобилей. Основные силы полиция бросила на операцию в районе горы Вансиншань, и до поимки похитителя никто не осмелится в открытую следить за машиной Лян Го. Нетрудно предположить, что, как только автомобиль Лян Го заедет на доступный только для сотрудников паркинг, полиция устроит засаду снаружи у входа, чтобы не спугнуть преступника. Этим и воспользовался Фан У: велел Лян Го оставить телефон, работающий в режиме разговора, в машине, а самому пересесть в другой автомобиль и преспокойно уехать прямо на глазах полиции.
– Номер той второй машины заканчивается на 9059!
Чэнь Муян повесил трубку, и в этот момент перед ним остановились три полицейские машины без опознавательных знаков.
– Чэнь Муян! – кипятился командир четвертой подгруппы. – Ты вообще соображаешь, что творишь?
– Возможно, мы уже опоздали… – Чэнь Муян поднял голову, на лице застыла сосредоточенность. – Срочно свяжитесь с центром управления, пусть включат видеонаблюдение с помощью Sky Eye, нужно отследить легковой автомобиль с номером, заканчивающимся на 9059!
– Что? Ты о чем вообще?
– Лян Го в том автомобиле, с номером 9059, зафиксируйте цель, ну же, живо!
На полуразрушенной лестничной клетке было тесно, солнечный свет еле-еле пробивался через окно, будто из последних сил поддерживая внутри хоть какую-то видимость. Даже иногда доносящийся снаружи оживленный шум не в силах был вдохнуть жизнь в этот заброшенный учебный корпус. На полу валялась какая-то рухлядь, давно поросшая мхом, а стены осыпались и словно полиняли. Воздух был пропитан затхлым запахом плесени и разрушения. В забытом всеми помещении царило безмолвие – еще более мрачное на контрасте с гвалтом за окном.
Фан У стоял, прислонившись к оконной раме, спиной к свету, и его размытый силуэт идеально сливался с окружавшей его непроглядной тьмой. Он смотрел в мрачную темноту в глубине коридора, куда не мог проникнуть ни один луч солнца, такую черную, что казалось, это и есть абсолютная неизвестность, там начинается бесконечное небытие. Уставившись в никуда, он тяжело дышал.
Фан У понимал, что к этому моменту его окончательно разоблачили, и пространства для маневра больше не осталось. Он тяжело вздохнул, но, напротив, чувствовал облегчение. Несколько дней назад здесь все и началось. Снова оказавшись в этом месте, он не мог отделаться от воспоминаний об их разговоре…
Он всегда считал Лян Юйчэня самым способным студентом на курсе, и при мысли, что он больше не услышит голоса этого мальчишки, Фан У крепко зажмурился, не в силах побороть сожаление и печаль. Он пошел на это ради мести. Да, появление Чэнь Муяна стало неожиданным эпизодом в этой истории, но изменить ничего уже нельзя, а времени, которое у полиции уйдет добраться сюда из подземного паркинга, хватит на то, чтобы поставить последнюю точку.
Любое преступление должно быть наказано. Лян Го обязан почувствовать те же беспомощность и отчаяние, когда лишаешься родных и близких. И в конце концов он сам же искупит вину за свои грехи.
Стоя в беспросветной темноте на краю неизвестности, Фан У сосредоточился на дыхании, словно берег силы для поединка. Понимая, что пути назад нет, он привык смотреть только вперед.
Клац-клац-клац…
Тяжелые шаги подняли облако пыли и разрезали тишину коридора, будто торжествующие ноты кульминации в его плане. Он открыл глаза и стал напряженно вглядываться в черноту, пытаясь сфокусироваться на фигуре, которая вот-вот возникнет перед ним.
Человек, которого он ненавидел каждой клеточкой своего тела.
В сопровождении длинной черной тени из темноты появилась величественная фигура.
Пара глаз, так же как у него, полных отчаяния и сверкающих ненавистью.
Нет! Две пары глаз, и каждая помимо своих собственных страданий отражает также мучения человека, стоящего напротив.
