— Эй! — наконец подала голос я, пытаясь повернуть голову и встать, но мощная рука надавила мне на плечи и я вновь рухнула в то же положение. От подобного грубого проявления чувств сначала стало не по себе, но вспоминая об удовольствии от будущих действий, я счастливо хихикнула.
Но когда горячий и твердый орган неожиданно действительно начал проникать в меня, мой смех сменился на болезненный и тягучий стон.
Суворов был суров. Намотав мои волосы на кулак, он медленно начал двигаться во мне, не входя во всю длину. Я болезненно скривилась и врезалась ногтями в простыню, чуть прикусывая зубками подушку, но послушно подняла голову, когда её потянули.
Его губы врезались в мои, а пьянящее чувство, которое он умудрялся передавать мне через поцелуи, расслабляло и подавляло всякое желание к сопротивлению.
Когда я немного привыкла и моё горячее желание теперь разгорелось с новой силой, я ещё сильнее прогнулась в пояснице, подстраиваясь под плавные движения, умоляя ускориться.
— Пожалуйста… Паша… — хныкала я, пока мужчина не отпустил мои волосы и не прижал руки к бедрам, начиная агрессивные и остервенелые движения на всю длину.
Я была в раю. Сейчас я могу сказать точно. Это невозможно передать словами… Тот кайф, который протекает по каждой клеточке твоего организма, когда ты безапелляционно доверяешь человеку свою душу и тело…
Я буквально захлёбывалась в своих стонах счастья. Хотелось быстрее, резче, жестче…
И Паша давал мне это. Давал мне те эмоции, которые буквально «вдалбливал» в моё тело сейчас.
После бесконечной тысячи толчков я закатила глазки и тяжело выдохнула свой стон, который слился в сладком танце со стоном любовника.
Мужчина без остатка излился в меня, продолжая удерживать за бедра и чуть вздрагивать.
Через мгновение он опустился рядом, потянул меня за руку и перевернул на спину, вглядываясь в мои глаза с такой нежностью, что я чуть ли не набросилась на него со слезами счастья.
Протянув руки к его лицу, я приблизила его к себе и мягко поцеловала любимые губы.
Через минуту мужская голова уже покоилась между моих грудей, а руки Паши плотно обняли мою фигурку.
Я неторопливо перебирала пальчиками пряди его волос, ощущая себя сейчас в абсолютной безопасности. Умиротворение залило мою душу и я поняла, что больше не смогу полюбить никого так же безумно и самозабвенно, как Пашу.
