Вот уже которые сутки у меня была бессонница. Чувствовал себя ужаснейшим образом. Мне постоянно хотелось уснуть в самый неподходящий момент и в самом неподходящем месте. Когда же дело доходило до моей кровати, на меня обрушивался поток энергии и мыслей, не дававший мне уснуть. Все это я связывал с тем, что я приоткрыл ящик Пандоры, который бы не следовало открывать никогда. Ведь приоткрывши однажды, ты уже не никогда не сможешь удержаться от желания узнать, что же там внутри.
Я словно превратился в наркомана в начале своего пути. Когда он только вкусил запретный плод, и ему хочется вновь прокатиться на этом незабываемом аттракционе. Но только на сей раз выбрать уже что-то более экстремальное, дабы эмоции не отпускали весь день. Я нахожусь сейчас на том пути, когда я только-только зашел в воду. И теперь, мне хочется зайти поглубже, почувствовать волну всем своим телом. Но в то же время я понимаю, что я рискую тем, что могу не удержаться и утонуть. Упасть на самое дно и никогда больше не всплыть. Однако, что мне мешает стать отличным пловцом? Я бы даже сказал – первоклассным ныряльщиком. Ведь не нужно забывать – я лишь исследователь в этом мире.
Бессмысленно взвешивать за и против, плюсы и минусы. Очевидно, что мое внутреннее Я всегда будет хотеть чьей-либо смерти, но что-то не дает мне перейти черту. Возможно, это совесть. Вообще-то никогда раньше у себя ее не наблюдал. То есть, я хочу сказать, что у меня никогда не было особого выбора между плохим поступком и хорошим. Просто не было таких обстоятельств, которые бы заставили меня задуматься о выборе. Не было до этих самых пор. Что-то невероятное творилось сейчас с моей жизнью. Впервые в своей жизни меня застали, так называемые, «душевные терзания». И в какой-то степени я рад, что смог сдержать свои эмоции, и не стал добивать этого алкаша. Не знаю, чтобы я почувствовал, если все-таки это произошло. Но как мне кажется – облегчение. А может быть та совесть, которая так долго спала внутри меня, проснулась и никогда бы уже не смогла заснуть, и до конца моих дней меня терзала. Но нет никакого смысла думать о том, чего не произошло. Мы никогда не сможем оценить свои чувства в какой-либо ситуации, пока мы ее не инициируем.
Глава 8
Сегодня мне не нужно было идти на работу, и, в сущности, вообще куда-либо. Как это уже вошло в привычку, я снова не выспался. У меня было такое ощущение, что я вроде спал, а вроде вовсе нет. Во время сна мое сознание будто было наяву. Я прекрасно помню, как сегодня ночью лил сильный дождь, а также как кто-то разбил бутылку на улице. Слышал ругань соседей через стенку, и помню, как наступил рассвет. С каждым новым наступившим днем мое состояние становилось все хуже и хуже. Я становился все более раздражительным. Каждая мелочь, которая раньше мне казалась ерундой, теперь мгновенно выводила меня из себя. А еще аппетит совершенно пропал. Я забыл, когда последний раз полноценно питался. Но, организм и не требовал насыщения. То же и касается сна. Да, я чувствовал себя паршиво, организм был истощен, но спать мне абсолютно не хотелось. Со мной творились поистине странные дела.
На улице было пасмурно и свежо после ночного дождя. Любил такую погоду, поэтому решил пройтись. Вообще, я не особо любил выбираться днем, когда еще светло на улице. Во-первых, присутствие людей, во-вторых, мне не нравится свет. Я люблю темноту, в ней я чувствую себя очень комфортно, словно моя среда обитания. Думаю, я никтофил. Такое интересное слово, честно говоря. Очень схоже с «некрофилом». Учитывая мою историю, прослеживается весьма забавное сходство.
Решил никуда не спешить и пройтись размеренным шагом по ближайшей улице. Как же мне нравился запах на улице после дождя. Готов вдыхать его часами. Не знаю почему, но первая ассоциация со смертью, которая приходит мне в голову – это мокрый асфальт. Асфальт словно человек, который на протяжении долгого времени накаляется от солнечных лучей. Жизнь постоянно приводит его к тому, что множество людей безжалостно топчут его своими грязными ногами. В конце концов, он начинает изнашиваться, на нем появляются трещины, словно шрамы у человека. И никогда он больше не будет в прежнем состоянии. И вот, когда, наконец, холодный дождь начинает его омывать, асфальт испытывает облегчение. Из него выходит пар, как будто бы душа вырывается из тела в небо.
Порой я мечтаю об облегчении. Мне хочется найти покой.
Я еще долго шел по улице, наблюдая со стороны на суетливые действия людей, на то, как природа творит свою власть. Люди, на самом деле, настолько бессильны перед ней. Но из последних сил пытаются кому-то показать, что они имеют какую-то ценность. Но они не могут понять масштабов. Они видят только то, что у них под их собственным взором. Люди не в силах оценить мир глобально. Чересчур поверхностные существа.
