– Мы люди деревенские, – ответила ей бабушка Лю, несколько раз помянув Будду, – но перед Новым годом всегда бываем в городе и покупаем праздничные картинки, а потом в свободное время смотрим на них и мечтаем: «Хоть бы разок погулять в таком саду!» Я думала, что на картинках рисуют все не так, как есть на самом деле! Разве могут быть такие места? Нынче же, как только я вошла в этот сад да поглядела вокруг, я поняла, что он в десять раз лучше тех, что на картинках! Если б кто-нибудь нарисовал ваш сад, я бы взяла эту картинку домой показать своим. Ради этого даже жизнь можно отдать!
Услышав это, матушка Цзя указала пальцем на Си-чунь и сказала:
– Эта моя внучка хорошо рисует. Хочешь, чтобы я велела ей нарисовать сад?
Обрадованная бабушка Лю подбежала к Си-чунь, схватила ее за руку и воскликнула:
– Барышня ты моя! Ты такая большая и такая красивая, и еще умеешь рисовать! Наверное, в тебе воплотилась фея!
Ее неподдельный восторг вызвал смех у матушки Цзя и у всех остальных.
Отдохнув немного, матушка Цзя повела старушку осматривать сад. Сначала подошли к «павильону реки Сяосян». Едва миновали ворота, взорам всех предстал бирюзовый бамбук, с обеих сторон густо окаймлявший дорожку, усыпанную гравием; по краям ее пышно зеленел сизый мох.
Гостья пропустила вперед матушку Цзя и всех сопровождавших ее, а сама пошла в стороне.
– Идите по дорожке, бабушка, – предупредила ее Ху-по, – на мху можете поскользнуться и упасть.
– Ничего, я привыкла ходить, – отвечала Лю, – не беспокойтесь, барышня, глядите, как бы не вымазать грязью свои туфельки!
Она продолжала идти и разговаривать, совершенно не глядя под ноги, и, поскользнувшись о камень, с шумом упала. Все захлопали в ладоши и расхохотались.
– Негодницы! – прикрикнула матушка Цзя. – Надо помочь человеку встать, а вы смеетесь!
Бабушка уже сама успела подняться.
– Вот те на! – воскликнула она. – Едва похвасталась и тут же угодила!
– Поясницу не вывихнула? – участливо спросила матушка Цзя. – Ну-ка, пусть служанки хорошенько разотрут!
– Неужто я такая неженка? – возразила бабушка Лю. – Я даже не припомню дня, чтобы мне не приходилось раза по два спотыкаться и падать! Не хватало еще всякий раз растирать!
В это время Цзы-цзюань отодвинула дверную занавеску, матушка Цзя вошла в комнату и опустилась на стул. Дай-юй на чайном подносе поднесла ей чашку чая.
– Мы пить не будем, – сказала госпожа Ван, – пожалуйста, не наливай, девочка!
Тогда Дай-юй приказала служанке принести стул от окна, где она сама имела обыкновение сидеть, и предложила госпоже Ван сесть.
Бабушка Лю, увидев на столике возле окна кисти и тушечницу, а также заставленные книгами полки, с удивлением воскликнула:
– Это, наверное, кабинет вашего внука?!
– Нет, это комната моей внучки, – с улыбкой ответила матушка Цзя, указывая на Дай-юй.
Бабушка Лю внимательно оглядела Дай-юй.
– Разве эта комната похожа на покои девушки? – спросила она. – Ведь здесь лучше, чем в кабинете ученого человека!
– Что это не видно Бао-юя? – поинтересовалась матушка Цзя.
– Он на пруду в лодке, – ответили ей.
– Кто распорядился приготовить лодку? – удивилась матушка Цзя.
– Я, – тотчас ответила Ли Вань. – Когда мы открывали «башню Роскошного зрелища», я подумала, что, может быть, вы захотите покататься, и велела приготовить лодки.
Матушка Цзя собиралась ей что-то сказать, но не успела, ибо на пороге появилась служанка и доложила:
– Госпожа Сюэ.
Матушка Цзя поспешно встала со своего места. Тетушка Сюэ уже вошла и, улыбаясь, приветствовала матушку Цзя:
– О, у вас хорошее настроение, почтенная госпожа, раз вы так рано пришли сюда!
– Я только что говорила, что опоздавших будем штрафовать, – улыбнулась матушка Цзя. – А вы как раз и опоздали!
Матушка Цзя немного пошутила, а потом вдруг, заметив, что шелк, которым затянуто окно, выгорел от солнца, сказала:
– Когда-то шелк на окне выглядел очень красиво, а сейчас совершенно поблек! На этом дворе нет персиковых и абрикосовых деревьев, и заклеить окно зеленым шелком некрасиво, ибо это не будет гармонировать с зеленым бамбуком. Мне помнится, у нас был тонкий шелк разных цветов, специально предназначенный для заклеивания окон. Завтра же нужно разыскать его и заменить этот выгоревший.
– Я недавно открывала кладовую и видела там в большом ящике несколько кусков тонкого ярко-красного шелка «крылышки цикады», – заметила Фын-цзе. – Есть там и другой шелк с узорами из летучих мышей среди облаков и со всевозможными бабочками среди цветов. Шелк этот мягок, и расцветки его свежие. Таких тканей мне никогда не приходилось видеть, и я взяла оттуда два куска, чтобы сделать покрывала для кроватей. Мне кажется, покрывала получатся замечательные.
– Тьфу! – воскликнула матушка Цзя и засмеялась. – Ты говоришь, что видела все на свете, а оказывается, даже этого шелка не видела! Попробуй еще раз похвастаться!
– Сколько бы она ни видела, ей не сравниться с вами! – улыбнулась тетушка Сюэ. – Воспользуйтесь случаем и поучите ее, а мы заодно послушаем ваши наставления.
– Дорогая бабушка, ну поучите меня! – стала просить Фын-цзе.
