В это время в комнату вошел Бао-юй. Он слышал последние слова матушки Цзя и чуть не запрыгал от радости.
Затем все остались у матушки Цзя обедать. Как было шумно и весело за столом, мы рассказывать не будем.
После обеда Цзя Чжэн возвратился из дворца, куда ездил благодарить за милость, пошел поклониться в храм предков, а затем явился к матушке Цзя. Он даже не стал садиться и сразу вышел к гостям.
Во дворец Жунго непрерывной чередой приходили родственники, стояли шум и суета, у ворот сгрудились кони и экипажи, в доме толпились знатные сановники. Поистине:
Так прошло два дня, и наступило время церемонии поздравлений. В этот день с утра Ван Цзы-тэн и его родственники прислали труппу актеров. Перед гостиной матушки Цзя соорудили сцену.
Мужчины, одетые в парадные одежды, прислуживали снаружи у входа. Для родственников, явившихся с поздравлениями, было накрыто более десяти столов с угощениями и вином. Поскольку ставилась новая интересная пьеса и матушка Цзя хотела ее посмотреть – для нее поставили стеклянную ширму, чтобы отделить женскую половину от мужской, а за ширмой тоже накрыли столы.
За главным столом восседала тетушка Сюэ с госпожой Ван и Бао-цинь, за столом напротив заняли места госпожа Син и Сю-янь с матушкой Цзя. Два стола оставались свободными, и матушка Цзя приказала поскорее позвать девушек.
Вскоре Фын-цзе и с нею целая толпа служанок привели Дай-юй. Одетая в новое платье, прелестная и грациозная, словно Чан Э, спустившаяся в мир смертных, Дай-юй со смущенной улыбкой предстала перед собравшимися. Сян-юнь, Ли Вэнь и Ли Ци предложили ей занять почетное место, но Дай-юй ни за что не соглашалась.
– Садись, садись, сегодня можно, – махнула ей рукой матушка Цзя.
– Разве сегодня у барышни Линь Дай-юй тоже радостный день? – спросила тетушка Сюэ, вставая.
– Да, сегодня у нее день рождения, – улыбнулась в ответ матушка Цзя.
– Ай-я! Как же я забыла! – воскликнула тетушка Сюэ и, приблизившись к Дай-юй, промолвила: – Прости меня за мою рассеянность! Как только вернусь домой, пришлю Бао-цинь пожелать тебе долголетия.
– Что вы, что вы! – воскликнула смущенная Дай-юй.
Наконец все уселись.
Оглядевшись по сторонам, Дай-юй заметила отсутствие Бао-чай и спросила тетушку Сюэ:
– Как чувствует себя сестра Бао-чай? Почему она не пришла?
– Ей, конечно, следовало бы прийти, но она вынуждена была остаться, так как за домом некому присматривать, – ответила тетушка Сюэ.
– Ведь у вас теперь есть невестка, тетушка, – робко заметила Дай-юй. – Почему же именно сестре Бао-чай вы поручили присматривать за домом? Очевидно, она боится, что здесь очень шумно, и не захотела прийти? Я сильно скучаю по ней.
– Спасибо тебе, что ты так о ней беспокоишься, – произнесла тетушка Сюэ. – Она тоже часто обо всех вас вспоминает. В ближайшее время я пришлю ее навестить тебя и сестер!
Пока они разговаривали, девочки-служанки наполнили вином их кубки, поднесли закуски. Потом начался спектакль.
Первые два акта были поздравительными. Когда же начался третий акт, на сцене появились золотой юноша и яшмовая девушка[29]; первый размахивал флагом, вторая – драгоценным бунчуком. Они ввели под руки актрису, исполняющую роль молодой женщины, на которой было одеяние из перьев всех цветов радуги, а на голове черная повязка. Она пропела несколько фраз и скрылась. Никто не знал, что это значит. Но тут послышался голос, который возвестил:
– Это акт «Ушедшая в потусторонний мир» из новой пьесы «Дворец Жуй-чжу». Чан Э, роль которой исполняет молодая девушка, снизошла в мир людей и должна была выйти замуж за обыкновенного человека, но, к счастью, богиня Гуань-инь помешала этому, и девушка покинула мир, не успев выйти замуж. В этом акте изображено, как она удалилась на луну; ведь вы слышали арию, в которой поется:
Четвертый акт назывался «Есть отруби», а пятый – «Бодисарма со своими учениками переходит реку». Во время этого акта на сцене появились призрачный город и башни, и представление сделалось шумным.
Когда веселье было в самом разгаре, из дома Сюэ прибежала запыхавшаяся служанка и сказала Сюэ Кэ:
– Второй господин, идите скорее домой! Я сейчас позову нашу госпожу! У нас несчастье!
– Что случилось? – встревожился Сюэ Кэ.
– Дома вам все расскажут! – отвечала служанка.
