Его охватили печальные мысли, и он захотел сочинить стихотворение, чтобы выразить свою безысходную тоску. Сожалея, что у него нет на это времени, он лишь кое-как набросал четверостишие:
Окончив писать, он прочел свое сочинение и хотел наклеить на стену, но счел это неудобным и пробормотал:
– Не нужно, чтобы его видели, не то надо мной станут смеяться.
После этого он прочел стихотворение вслух и решительно воскликнул:
– А! Пусть! Наклею и сам иногда от скуки буду читать.
Но когда он еще раз перечитал написанное, стихи показались ему плохими, и он всунул листок между страницами книги.
«Я уже взрослый, – подумал он, – но на нашу семью обрушиваются несчастья, и я не знаю, когда же устроится моя жизнь. Ведь я заставляю страдать одинокую и беззащитную девушку!»
Его размышления были прерваны появлением Бао-чань. Толкнув ногой дверь, она вошла в комнату и, хихикая, поставила на стол короб. Сюэ Кэ поспешно вскочил и предложил девушке сесть.
– Я принесла вам фруктов и небольшой чайник вина, – сказала Бао-чань. – Моя госпожа посылает их вам, второй господин!
– Спасибо твоей госпоже за заботу! – улыбнулся Сюэ Кэ. – Зачем только она вас утруждает? Могла бы прислать это с какой-либо девочкой-служанкой.
– А, пустяки, – возразила Бао-чань. – Мы люди свои, к чему церемонии? Кроме того, история со старшим господином Сюэ Панем, право же, доставила вам немало хлопот. Моя госпожа давно хотела чем-нибудь вас отблагодарить, но только опасалась, как бы в этом не усмотрели чего-нибудь дурного. Вы же знаете, что у нас в доме все как будто живут в согласии, а в душе ненавидят друг друга. Конечно, послать немного угощений – пустяки, но это может вызвать всякие толки. Поэтому моя госпожа тайком от всех достала немного фруктов и чайник вина и велела мне самой отнести вам.
Бао-чань пристально поглядела на Сюэ Кэ и с улыбкой продолжала:
– Только никому об этом не рассказывайте, второй господин! Что касается нас, служанок, то мы люди маленькие – нам все равно, прислуживать старшему господину или вам.
Сюэ Кэ был от природы прямодушным и честным человеком; кроме того, он был молод и наивен, и его очень удивило, что Цзинь-гуй и Бао-чань решили проявить о нем такую заботу. На упоминание о Сюэ Пане рассеяло возникшее у него подозрение, и он произнес:
– Фрукты можете оставить, а вино унесите! Я редко пью и лишь иногда, когда меня заставляют, могу выпить кубок. Когда же повода нет, я к вину не прикасаюсь. Неужели вы с госпожой об этом не знаете?
– Если бы речь шла о чем-либо другом, я с вами согласилась бы, – отвечала Бао-чань, – но сейчас я не могу вам уступить. Вы же знаете характер моей госпожи! Если я принесу вино обратно, она не поверит, что вы не пьете, а скажет, что я не сумела вас уговорить.
Сюэ Кэ вынужден был оставить присланные угощения.
Подойдя к двери, Бао-чань повернулась и, лукаво улыбнувшись, указала пальцем в направлении внутренних покоев:
– Она еще сама, пожалуй, придет благодарить вас!..
Не понимая намека девушки, Сюэ Кэ смущенно ответил:
– Лучше вы поблагодарите за меня свою госпожу! Сейчас холодно, она может простудиться. Да и к чему все эти церемонии, ведь она мне приходится золовкой.
Бао-чань, хихикая, выскользнула за дверь.
Сюэ Кэ призадумался. Сначала он решил, что Цзинь-гуй действительно чувствует себя обязанной из-за всей этой истории с Сюэ Панем и поэтому, вполне естественно, прислала фрукты и вино, чтобы вознаградить его за беспокойство и хлопоты. Но намеки Бао-чань смутили его, и он стал догадываться, на что его толкают. Однако тут же попытался переубедить себя: «Ведь она жена моего брата, разве у нее могут возникнуть нечестные намерения? Может быть, Бао-чань лгала мне и сама задумала что-то нечестное? Но и с ее стороны это было бы нехорошо, так как она наложница моего брата…»
Затем мысли его неожиданно приняли совершенно иной оборот:
«У этой Цзинь-гуй есть недостаток – она совершенно не признает правил поведения, которых должна придерживаться женщина. Она предается наслаждениям, увлекается нарядами, строит из себя необыкновенную красавицу. Разве при таком положении в ее голове могут не появляться дурные мысли?! А может быть, она не поладила с сестрицей Бао-цинь и придумала этот коварный план, чтобы отомстить ей?»
Молодого человека охватила тревога. В этот момент под окном раздался смешок. Сюэ Кэ испуганно вздрогнул.
Если вы не знаете, кто засмеялся, прочтите следующую главу.
