<p>Глава двадцать шестая. О том, как преступными речами о музыке и этикете Лу Цзюнь нанес большой вред государству и как возмущенный Яньский князь составил послание на высочайшее имя</p>

Выслушав Лу Цзюня, государь нахмурился. На другой день, после обычного приема во дворце, Сын Неба подозвал Яна и начал так:

– До нас дошло, что при дворе сложились две враждующие партии – Чистая и Мутная. Почему это случилось?

Ян почтительно ответил:

– В «Книге истории» сказано: «Если власть императора сильна, в стране нет партий». Поэтому я не понимаю вас, ваше величество. При дворе сейчас подданные соперничают только за должности и в этом соперничестве могут искать союзников. Партии нужны для борьбы за власть, но разве кто-либо посягает на власть вашего величества?! Мне об этом неизвестно. Только вы можете приближать к себе хороших чиновников и изгонять плохих.

Государь улыбнулся и взял князя за руку.

– Мы верим в вашу преданность и не сомневаемся в вашей непричастности к этим распрям. Но мы узнали, что некоторых из наших любимых подданных причисляют к Мутной партии, а других – к Чистой, и нам это не нравится!

– Внушать такое вашему величеству, – поклонился Ян, – значит наносить вред государству. Так поступают люди, которые хотят сбить вас с толку и посеять раздоры. Я бы посоветовал вам удалить этих людей от себя.

Сын Неба помолчал и говорит:

– Мы поняли вас, а вы, надеюсь, поняли наши тревоги. Сделайте так, чтобы распри при дворе кончились.

Князь сложил ладони, поклонился и отбыл домой. Увидев его озабоченным, Хун спрашивает:

– Последнее время вы невеселы – что случилось?

– Государь расспрашивал меня о каких-то партиях и вражде между ними, – вздохнул Ян. – Я в этом деле не участвую, поэтому ничего не мог толком ответить государю, однако чудится мне, что на меня клевещут, завидуя славе и должности. Как же быть?! Если я в чем-либо противостою воле государя, приношу стране вред, значит мне нужно оставить свой пост. Если же исповедую верность и честность, значит клевета достигла ушей государя и заставила его усомниться во мне. Все плохо! Думается мне, что козни Дун Хуна и Лу Цзюня – вот источник сплетен и раздоров при дворе. Но я не стану, словно ничтожный чиновник, заниматься интригами.

Хун выслушала и говорит:

– Хотя не к лицу женщине высказываться о государственных делах, я все же скажу. Не обращайте внимания на эти козни: ваши заслуги и слава столь велики, что вы можете спокойно отстраниться от этой грязи.

Шло время. Частенько, выкроив посреди государственных забот час-другой для отдыха, Сын Неба уединялся с министрами и советниками, чтобы послушать игру Дун Хуна. Обычно в этом обществе находился и Лу Цзюнь.

– Как вы относитесь к своим делам в должности? – улыбаясь, спросил его император.

– С превеликим усердием, – ответил почтительно тот, – ибо они воспитывают дух.

– Как понимать «воспитывают дух»?

– Наша страна обширна, дел много, но благо и зло зависят от государя. Однако если государь захотел бы все увидеть и услышать самолично, ко всему прикоснуться собственными руками, исходить необъятные просторы империи собственными ногами, он не смог бы осуществить все это, будь он даже мудр, как Яо и Шунь, благосклонен, как Вэнь-ван и У-ван. Издавна говорится: «Подданные трудятся – государство процветает». Это означает, что слепые да глухие не годятся в министры, им по плечу не государственные дела вершить, а разве что семьей править, Сын Неба защищает свой народ телом, а просвещает – духом, поэтому дух государя всегда должен быть бодр. Государю нужен иной раз совет от своих министров, потому и министры должны обладать бодрым духом.

Император вздохнул.

– Вот мы занимаем трон, носим роскошные одеянья, едим изысканные кушанья, наслаждаемся прекрасной музыкой – сколько прегрешений против простоты! Порой задумаемся о народе, прозябающем в голоде и холоде, и радость покидает наш дух, скорбь одолевает его. Что же делать?

Лу Цзюнь в ответ:

– Все меняется, нравы тоже. Случается, человек, который жил в глиняной хижине со ступеньками, поросшими мхом, перебирается в хоромы, но скоро и этого ему мало. Так и с народом: было время, он довольствовался жилищами из глины и скромными плодами земли, а теперь познакомился с благородством этикета, с красотой одежды, музыки, стал грамотен, и трудно править таким народом. У государя есть два пути. Можно опираться в правлении на силу, но говорят, что так немногого достигнешь, можно искать мудрости в душе, тогда правитель добивается большего. В то же время править по совести проще, чем по закону. Ваше величество! Мой вам совет – управляйте с душой, насаждайте благо!

– Поясните, что значит править с душой и по совести.

Перейти на страницу:

Все книги серии Иностранная литература. Большие книги

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже