– Почтенный правитель Хуан, милостью Неба мы с вами удостоились высокой должности наместников государя в славных округах. Вы знаете, что народ здесь мирный и приветливый, чиновники прилежные. Вот мы с вами всю ночь наслаждались стихами, вином и красотой девиц. Это позволено нам потому, что мы помогаем государю править страной. Но первый наш долг – поступать так, чтобы приносить пользу государству, а не вред. Сегодня нет человека в Сучжоу или Ханчжоу, который не знал бы о пире в Павильоне Умиротворенных Волн. Мы с вами – государственные люди! Что скажут, если проведают о вашей страсти к девице из зеленого терема? Что скажут, если узнают, что, позавидовав успеху неизвестного юнца, вы ему отомстили? Начнут ведь кричать: «Правители забросили службу, погрязли в кутежах да интригах!» Как тогда будем оправдываться? Гетера Хун ушла с пира, видимо, не без причин, но она живет в моей округе, и уладить неприятности с нею нетрудно. Однако Ян Чан-цюй – юноша благородного происхождения, он идет в столицу сдавать экзамен, и это дело другое. Он был гостем у вас на пиру, блеснул талантом и превзошел местных поэтов – честь ему и хвала! А вы отряжаете слуг в погоню за ним! Я думаю, что сие не по закону, и мне за вас стыдно.
– Да… вы правы… не подумал я… – залепетал Хуан и тут же приказал гостям разойтись по домам.
Те возмутились было, но правитель Инь прервал их ропот.
– Молодые люди должны думать об ученье, развивать свои таланты, брать пример с самых достойных. А вы ведете себя как бездельники и неучи. В науках я не силен, но знаю – народу нужен правитель, а ученикам – учитель. Если вы не извлекли для себя урока из моих слов, значит только розги вам помогут!
Правитель Инь собрался было уезжать, но Хуан упросил его зайти на минутку в управу, там принялся потчевать его вином, а потом и говорит:
– Вы уж не судите меня строго. Веря в ваше расположение, могу ли обратиться к вам с просьбой?
Правитель Инь в ответ:
– О чем речь? Не понимаю.
– Мне скоро тридцать, а у всякого мужчины в такие годы есть и жена, и наложница. Я не видел всех женщин мира, но убежден: такие, как Хун, рождаются раз в десять тысяч лет. Ее не с кем сравнить! Не могу завлечь ее – видно, Небо противится. В старину говаривали: «В любви нет богатырей и подвижников!» – и верно говаривали. Но может быть, вы, почтенный, поможете мне и уговорите Хун полюбить меня?
Правитель Инь улыбнулся.
– Пословица гласит: «Легче заполучить голову героя, чем душу простого смертного». Хун – гетера, но я не властен над ее сердцем. Я могу лишь не мешать ей полюбить вас.
Довольный Хуан угодливо осклабился.
– Благодарю вас! Правда, я не привык ждать удачи и спешу всегда добиваться своего. Задобрю Хун богатыми дарами – золотом, серебром, шелками, а в праздник пятой луны устрою на реке Цяньтан лодочные гонки. Хочу заранее пригласить вас. И Хун приглашу – отказаться она не посмеет. Отъеду с нею подальше – и никуда она от меня не денется!
Правитель Инь слушал Хуана рассеянно, кивнул на прощание и отбыл в Ханчжоу. Ближе к вечеру проезжал он мимо постоялого двора, на котором как раз в это время задержалась Хун, думавшая о том, как ей поступить дальше. Узнав правителя и повинуясь безотчетному порыву, она вышла на дорогу и поклонилась. Инь увидел перед собой посыльного и спрашивает:
– Ты кто такой?
– Гетера Хун из Ханчжоу.
– А почему ты в мужском платье и почему покинула пир?
Хун опустила голову.
– Я слышала, что при династии Чжоу восемьдесят лет нищенствовал Люй Шань, а Фу Юэ при династии Инь долго работал каменщиком и бедствовал. Ни тот ни другой не желали служить никчемным правителям и ждали прихода к власти: первый – Вэнь-вана, а второй – Тан-вана. Правитель Сучжоу тиранит людей, вот почему я ушла и ничуть не раскаиваюсь. А еще я слышала, что каждый, кто помогает ближнему и дает ему возможность отстаивать свою честь, уподобляется героям древности.
Инь озадаченно помолчал, а потом говорит:
– А ведь до Ханчжоу далеко, чего же ты стоишь на полпути?
– Я всю ночь шла, ноги сбила, идти дальше сил нет.
Инь улыбнулся.
– Вот видишь, ты сюда пешком дошла, а твой экипаж за тобою следом пустым катил. Садись в него да поезжай домой.
Хун поклонилась Иню, переоделась и последовала за правителем Ханчжоу. В центре города, перед тем как поехать в управу, он окликнул Хун:
– Правитель Хуан собирается устроить в пятую луну состязание лодок на реке Цяньтан и тебя пригласит на праздник – знай об этом!
