— Небо одарило нас своей милостью, указав верный путь к благоденствию! Вашему величеству следует вознести молитву со священной горы и принести в дар Небу драгоценные каменья, зарыв их на вершине, а затем очистить дух и тело от земной скверны и отправиться на берег моря, где встретиться с небожителями вторично и добиться исполнения всех своих желаний.
Обрадованный император справился об удачном дне и, когда он настал, отправился к горе Тайшань, наказав вельможам и чиновникам не оставлять государственных дел в его отсутствие. Сына Неба сопровождали в паломничестве Лу Цзюнь, Дун Хун и десять самых верных приближенных. С процессией шли более ста военных и гражданских чинов, тысяча телохранителей, десять тысяч воинов с военачальниками, даос Голубое Облако и маги. На сотни ли растянулось шествие с конями, экипажами, повозками, носильщиками. Императора от границы до границы каждого уезда провожали еще местные управители. Была третья, весенняя, луна. Крестьян понуждали бросать полевые работы и расчищать дороги для величественного шествия. По дворам переловили всех кур и даже собак — нужно было кормить воинов, у народа отобрали всех лошадей и волов — нужно было везти императорскую поклажу. Народ негодовал и роптал.
Процессия наконец достигла царства Лу.[293] Сын Неба пожертвовал на алтарь Конфуция вола, барана и свинью. Проезжая мимо Цюели, родного селения Совершенного мужа, император посетовал, что не слышно ни музыки, ни чтения стихов, и обратился к Лу Цзюню:
— Известно, что Совершенный муж был величайшим мудрецом. Что сказал бы он, проведав о цели нашего путешествия?
— Великий мудрец и сам возносил небесам молитвы, — ответил Лу Цзюнь, — это делали также прославленные правители древности Яо и Шунь. Будь они живы, непременно порадовались бы деяниям вашего величества!
Император удовлетворенно улыбнулся.
Когда шествие достигло наконец горы Тайшань, государь выбрал подходящее место, вознес небесам молитву и зарыл недалеко от вершины куски драгоценной яшмы, предназначенные в дар небожителям. Затем он начал спускаться вниз и, пройдя половину пути от вершины, оглянулся: над горой появилось белое облако и из него донеслись слова благодарности.
Во дворце, отведенном императору и свите, был устроен для приближенных роскошный пир. Лу Цзюнь и другие вельможи без конца поднимали кубки за здоровье императора, славили его мудрость и добродетели. Когда все, утомившись, уснули и была уже глубокая ночь, возле опочивальни императора вдруг появилась дымка, протянувшаяся с самого неба. Голубое Облако разбудил Лу Цзюня, воскликнув:
— Ищите послание, которое передает на землю Небо! Видите эту дымку?!
Лу Цзюнь растолкал слуг и велел отыскать небесное письмо. Вскоре слуги обнаружили пакет, на котором изящными знаками было что-то начертано, но, увы, никто не мог понять этих знаков. Вскрыли пакет, достали лист бумаги, испещренный неведомыми письменами, но и их прочесть не смогли.
— Это древние головастиковые письмена[294] — их может прочесть только один очень ученый человек, — сказал Лу Цзюнь, повертел письмо перед глазами и важно промямлил: — Я не все здесь разбираю, но понимаю, что Небо желает нашему государю долгих лет жизни.
Утром следующего дня процессия двинулась дальше и вскоре достигла берега Восточного моря. Полюбовавшись солнцем в час восхода, император подозвал даоса Голубое Облако.
— Говорят, в этом море плавают Три горы.[295] Кто-нибудь из смертных побывал на них?
Даос в ответ:
— Чтобы добраться до Трех гор, нужно преодолеть десятки тысяч ли, миновать Сяньло, Лана, Фусан и другие страны. Три горы находятся в самой середине. Восточного моря. Первая гора зовется Пэнлай, вторая — Фанчжан, третья — Инчжоу. Со времен Цинь и Хань никто не пытался добраться до них, но если ваше величество желает, я готов быть проводником.
Дождавшись ночи, даос повел императора на берег. Луны не было, небо и море слились в сплошную тьму, тускло мерцали звезды.
— Сейчас я призову на небосклон луну, и она осветит берег, — проговорил даос, — потом переброшу через море радужный мост, и по нему вы достигнете Трех гор.
Сын Неба кивнул, а Голубое Облако потряс рукавами, произнес заклинание — и тотчас из облаков выплыла луна, осветив землю на тысячи ли вокруг. Даос снова потряс рукавами, снова произнес заклинание — в небе появилась радуга, которая уперлась одним концом в берег, а другим в море.
— Мост готов, ваше величество, извольте начать путешествие к середине моря.
Император заколебался, не решаясь ступить на радужный мост. Даос улыбнулся, тряхнул рукавами — и с неба спустились красные облака, подхватили императора и даоса, подняли ввысь.
— Ваше величество, посмотрите туда!
Император с опаской глянул вниз, в направлении восточного края неба: там клубились кучевые облака, а над ними возвышались, словно вырастая из моря, три вершины, покрытые диковинными цветами и травами. Он различил ажурные, будто парящие в воздухе, беседки и павильоны, фениксов, парами резвящихся в зелени, небожителей в одеждах из птичьих перьев, фей в пестро-цветных радужных юбках.
