Снега покрыли гладкие равнины,Едва заметен санок первый след,Румянец нежный-нежный льет закатный свет,Окрася розою холмов вершины.Ездок плетется в дальние путины,И песня льется, песня прошлых бед, —Простой и древней скуки амулет, —Она развеет ждущие кручины!Зимы студеной сладко мне начало,Нас сочетала строгая пора.Яснеет небо, блекнет покрывало.Каким весельем рог трубит: «Пора!»О, друг мой милый, как спокойны мысли!В окне узоры райские повисли.<p>Из цикла «Осенний май»</p><p>III</p>Коснели мысли медленные в лени,Распластанные кости спали в теле,Взрезать лазурь голубки не хотели,И струй живых не жаждали олени.Во сне ли я, в полуденном ли пленеЛежал недвижно у недвижной ели?Из купола небес, как из купели,Янтарь стекал мне сонно на колени.Вдруг облак золотой средь неба стал,А горлицы взметнулись тучкой снежнойС веселым шумом крыл навстречу стрел.Сквозь звон, и плеск, и трепет, как металл,Пропел «живи!» мне чей-то голос нежный,И лик знакомый в блеске я узрел.<p>Посвящение</p><p>В. Я. Брюсову</p><p>(Акростих)</p>Валы стремят свой яростный прибой,А скалы все стоят неколебимо.Летит орел, прицелов жалких мимо, —Едва ли кто ему прикажет: «Стой!»Разящий меч готов на грозный бой,И зов трубы звучит неутомимо.Ютясь в тени, шипит непримиримоБесплотный хор врагов, презрен тобой.Ретивый конь взрывает прах копытом.Юродствуй, раб, позоря Букефала!Следи, казнясь, за подвигом открытым!О лёт царя, как ярко прозвучалаВ годах, веках труба немолчной славы!У ног враги, безгласны и безглавы.<p>Ответный сонет</p><p>Ю. Н. Верховскому</p>Ау, мой друг, припомни вместе с «башней»Еще меня, кому не чужды «Оры».Бывало, гость, я пел здесь до авроры,Теперь же стал певуньею всегдашней,Наверно, стал наглей я и бесстрашней,Что смел вступить в содружеские хоры, —Так пес дворной, забравшись в гончих своры,Летит стрелой, чтоб не узнали шашней.А впрочем, нет: в теперешних напевахЯ – чист и строг, хоть и чужда мне мрачностьИ сам в себе не вижу иноверца, —Но присмирел проказник в правых гневах,И флёр покрыл опасную прозрачность,Чтоб не смущать доверчивого сердца.
1909, август
* * *Всегда стремясь к любви неуловимой,Скитался я, как странник меж людей,Еще тебя не зная, чародей,Воинственною облеченный схимой.Очаровательною пантомимойЛюбуясь, думал я: «Помолодей,О сердце, язвы от страстных гвоздейДругим, а не тебе, да идут мимо!»Кощунственно я мыслил о любви,Не зная близости чудесной встречи,И вдруг увидел сердце все в крови.Зовешь меня мечом небесной сечи?Еще зовешь? На радость иль на бойВеди меня! Я – твой, я – твой, я – твой!
