Первое отличие бросалось в глаза, и заключалось оно в его… глазах. Они были осмысленны и полны жизни, насколько может быть полон жизни суровый, неподвижный, взгляд военного человека.
Второе отличие заключалось в отсутствии у него стандартного вооружения. У него не было ни щита ни копья, только меч, покоящийся в ножнах на поясе, да длинный нож, расположенный зеркально к мечу.
Третье же отличие… оно вспыхнуло в моей голове, когда она в полной мере осознала силу удара.
Этот сиинари был заметно крупнее привычных мне стражей. Доспехи сидели на нём как влитые, не допуская даже намёка на неправильную подгонку или ненадлежащее обращение.
Только теперь, осознав что именно царапало моё восприятие с момента первой встречи с местными стражами, я понял что все они были как этот любитель ударять в спину.
Крупные, высокие и подтянутые.
— Одевайся и следуй за мной, — отчеканил неизвестный, пихнув мне в руки свёрток с одеждой.
Какое… интересное гостеприимство. Своеобразное, я бы сказал.
Оглядев себя я понял что абсолютно нагой. От моей одежды не осталось и следа, о чём я не очень то и горевал.
Прикоснувшись пальцами к груди, к тому месту в котором мою плоть прошил клинок коменданта, я не обнаружил и следа ранения. На моей груди выделялась лишь короткая полоска кожи, что отличалась оттенком от остальной. Левая рука слушалась отлично, не смотря на то что я помнил что она была сломана. Зубы, часть из которых я точно потерял под ударами коменданта, были все на месте.
Лишь слабое онемение напоминало о полученных ранах.
Очередная оплеуха, угодившая в висок, заставила меня подскочить с места и выронить ворох одежды на пол.
— Не заставляй меня ждать, — произнёс страж, сопроводив свои слова взглядом, тяжёлым словно стотонная плита, напрочь отбивая желание возмущаться по поводу неоправданного рукоприкладства.
Это было… непривычно. За всё время, что я провёл в этом теле, я получал удары только от наставника по фехтованию. Ито это были скорее направляющие тычки, когда я принимал неправельную стойку.
Но этот сиинари скорее напоминал кого-то из сержантов, из моих армейских воспоминаний.
Отступив в дуэли взглядов, но не забыв тяжесть оплеух, я принялся разбираться с ворохом одежды.
Там была стандартная рубаха, больше напоминающая тунику или мантию. Свободные штаны. Пояс. Да что-то напоминающее чешки. Всё серого цвета, без лишних узоров или обозначений. За исключением немудрённой серебряной окантовки.
Облачившись и представ перед стражем я заработал всё тот же безразлично-внимательный взгляд.
Пробежавшись по мне цепким взглядом, и не найдя к чему придраться, он молча развернулся и направился на выход.
Окинув помещение прощальным взглядом, задержавшись на фигуре девушки, что расположилась за столом в дальнем конце зала, я поспешил за стражем. Смысла противиться я не видел. Так же как и не питал иллюзий в успешном побеге.
Комендант наглядно продемонстрировал возможные последствия непослушания.
Меня ведь убили… на самом деле убили. Без всяких скидок или условностей! Эта мысль вызывала дрожь в коленках и заставляла внутренности скручиваться в тугой, холодный и липкий клубок.
Убили… а потом воскресили…
Что могло им помешать проделать это вновь?
Печатка наследника? Что-то на коменданта она не слишком то и произвела впечатления. Да и ждать возмездия со стороны Резиденции и папаши… если таковое и последует, для этого нужно сначала пожаловаться, а для этого нужно выбраться из крепости живым. Затем ещё нужно было скрыться от преследования. Добраться до Резиденции. И… ну… дождаться вынесения решения. На что могут уйти годы…
Стараясь не отстать от моего конвоира, а кем он ещё мог быть, с такими то замашками, я пытался подстроиться под непривычно стремительную походку мужчины.
Шагал он быстро, делая удивительно широкие шаги. Ни на что не отвлекаясь и игнорируя встречных, что кивали, вытягивали по стойке «смирно», или и вовсе почтительно отходя в сторону.
Суровый воин, в великолепных доспехах. Для завершения образа ему, как и всем остальным стражам, не хватало только развевающегося плаща.
Примерно через час, наполненного преодолением залов и коридоров крепости, мы попали в самый обычный коридор, по обеим сторонам которого тянулись деревянные двери.
На дверях были вырезаны имена, что давало понять о жилом назначении этих помещений.
Остановившись у двери не несущей на себе следов резьбы, он резко повернулся ко мне и заговорил, впервые с тех пор как я натянул одежду.
— Это твои покои, запомни дорогу, иначе будешь ночевать в коридоре, — с этими словами он толкнул дверь, давая мне заглянуть внутрь.
Ну что я могу сказать про своё новое место жительства? Бедненько, скромненько, тесноватенько…
Комната пять на десять. Без окон. С парой светильников под потолком. Кровать, пара шкафов, массивный стол да пара стульев. Вот и всё убранство.
— За мной, — вновь бросил страж, помчавшись дальше по коридору.
Дверь не имела замков или запоров, так что я просто прикрыл её да поспешил за стражником.
