Кстати, некросов в работах практически не использовали, максимум в качестве транспорта, как дед Кузьмич. Для работ на полях мёртвяки были непригодны, потому что магия жизни в растениях вступала в конфликт с некротикой. Так что имелось чёткое разделение, виталисты и химеры — это всё что связано с жизнью, некросы и конструкты — промышленность, в какой-то степени транспорт, и всё, что связанно с неорганическими материалами. Ну и война, тут обе крайности проявлялись по полной. Погонщики химер и некросов, всадники на разных тварях, модифицированные солдаты, которым пересадили конечности или органы животных. Короче полный набор, но это понятно, люди всегда первым делом ищут способы убить ближнего своего, даже если владеют магией жизни, а уж некромантам сам Бог велел.
Но даже если исключить особо нежные сорта и виды, обязательно требующие инъекции виты, оставался ещё обширнейший список растений и животных, из которых нужно было выбрать те, что могут прижиться в домене и на родине Тима. Например, одних яиц набрали почти семь десятков, разных видов птиц. Можно было и поменьше, но юноша не смог отказаться ни от перепелов, ни от сверхпродуктивных несушек, ни от индюков размером с добрых страусов только на коротких ногах. Правда, как запекать такого Тим представить не мог, это яму копать только, но сама возможность получить с одной птицы почти центнер мяса интриговала.
То же самое получилось с плодовыми деревьями. Брали только старые сорта, давно сформированные и не требующие особого ухода, но даже так их набралось несколько десятков. В том числе персики, апельсины и даже банановые пальмы, устойчивые к низким температурам. Тим слабо представлял, как это выглядит, но от черенков не отказался, как и семян ананасов. Несколько грядок этих фруктов привольно себя чувствовали на огороде Ермила Леоновича, причём даже не в теплице или там на грядке с компостом, а просто в земле. По словам городничего, они собирали по два, три урожая за лето и Тимофей просто не смог устоять.
Пшеница, рожь, овёс, всего этого загрузили по два мешка, благо Полтинник утащить мог весьма прилично, да и у самого Тима сумка авантюриста была почти пустой. Ну и картошка конечно же. Как без этого американского корнеплода, столь любимого всеми русскими. Второй хлеб, как никак. Вот и Тимофей не удержался, чтобы не запастись пятком мешков отборнейшего посевного картофеля разных сортов. Разница была не только в содержании крахмала, но и сроках хранения, вкусе и даже в размерах. Имелся сорт, дающий исключительно клубни размером с крупную ранетку. Эдакой беби-картофель, с очень тонкой шкуркой, который можно было жарить или запекать просто хорошо помыв. Ну как от такого отказаться.
К вечеру основные сборы были закончены. Правда оставался вопрос с детёнышами, но Ермил Леонович заверил юношу, что он уже послал письма всем, кто занимается животноводством в уезде, и завтра к вечеру здесь точно будет несколько козочек, годных на развод, котята овец, поросята и, возможно, даже пара телят. От последних Тим всё же отказался, пусть и с трудом. Но корова есть корова, он видел, как за своими ходила бабушка, и понимал, что не сможет обеспечить такой же уход. Разве позже, когда в домене появятся разумные обитатели, но, когда это случится Тим не представлял. Поэтому решил ограничиться мелким рогатым скотом, птицей и свинками.
Вся эта беготня изрядно утомила юношу, поэтому после сытного обильного ужина Тим извинившись перед хозяевами спрятался в выделенной ему комнате. Тем более что с освещением в доме было не то, чтобы хорошо. Знакомые ему по деревне керосиновые лампы «Летучая мышь» соседствовали с колбами, наполненными крупными светлячками, но по словам Настасьи, успевшей вернуться, насекомые долго не жили, их приходилось часто заменять, да и света давали не то чтобы много, несмотря на попытки улучшений виталистами. К тому же Тиму требовалось многое обдумать, например, не нарушит ли он чего, если в этом мире появятся магические животные. С другой стороны, если Грёза была бы против, вряд ли у Варка получилось бы зачать потомство, а так, будь что будет.
Ночь в целом прошла спокойно, хоть Тим по привычке, выработанной в рейдах, спал в полглаза. Напрасно. Его охраняли, об этом можно было догадаться, услышав лёгкие шаги в коридоре, которые прервались тихим рыком Ермила Леоновича. Даже не глядя на карту, юноша догадался, кто пытался пробраться к нему под покровом тьмы, да и запах духов Настасьи был весьма запоминающимся. Похоже, девица была всерьёз настроена на штурм крепости по имени Тимофей, но у крёстного было другое мнение на этот счёт. И опыт победил молодость, потерявшая стыд девица была отчитана и отправлена к себе под присмотр горничной.
