А сам городничий, устроившийся в соседней с Тимом комнате, так всю ночь глаз и не сомкнул, серьёзно относясь к своему посту. Ведь мало одной вертихвостки в доме, а ну как кто ещё покусится на гостя из-за грани мира. Что он завтра Дворянскому собранию скажет? Лучше ночь перетерпеть, тем более в армии и не такое приходилось переносить. И старый урсулерист перевернулся на другой бок, вслушиваясь в темноту.
Глава 10
— Позвольте представить вам Клубнику Афанасия Прохоровича с супругой и дочерями. — Ермил Леонович, исполняющий обязанности хозяина приёма представил очередную семью восторженных уездных жителей, счастливых познакомиться с настоящим Скитальцем. — вот уже двадцать лет как Афанасий Прохорович заседает в нашем земском суде.
— Очень, очень рад! — от заседателя разило вишнёвой наливкой. Причём с такой силой, что казалось, начал пить он ещё неделю назад. Скорее всего так и было. — Это такая честь, познакомиться с Вашим высокоблагородием!
— Его Светлостью. — привычно поправил городничий, заставив заседателя едва не потерять сознание от восторга. — Идёмте, Тимофей Иванович, я проведу вам небольшую экскурсию по нашему дворянскому собранию. Между прочим, это здание построили ещё сто пятьдесят лет назад, во времена правления деда нынешнего императора. И с тех пор оно служить верой и правдой…
Тим пропускал большую часть рассказа мимо ушей, точнее одним потоком сознания фиксировал всё, что говорит Стригин, даже поддакивал в нужных местах, а другим обдумывал итоги сегодняшнего дня. До приёма в Дворянском собрании юноша многое успел, в том числе пообщаться с Маркелом Маркеловичем Телятевским, местным эскулапом, то бишь мастером виталистом. Он выполнял функции и врача, и ветеринара, и даже агронома, если имелась необходимость, хотя, конечно, основной функцией у худощавого, высокого мужчины, неопределённого возраста было врачевание людей. Он держал частную практику и с учениками пользовал всё дворянское сообщество уезда. Сам при этом не был женат, детьми не обзавёлся, проводя время в науке и исследованиях.
Тиму Телятевский напомнил сумасшедшего учёного, но высказывать подобное предположение юноша не спешил. Не хотел обижать незнакомого человека, к тому же Маркел Маркелович подал несколько весьма дельных идей. К примеру, изучив воздействие эликсира исцеления, он предположил, что им можно заменить подкормку витой. Даже взялся до завтра разработать дозировку для всевозможных культур. А ещё в чопорном медики Тимофей нашёл родственную душу. Оба оказались зельеварами, только если Тим использовал магические растения, то Телятевский оперировал видами, насыщенными витой.
Вот тут уже эскулап вцепился в Тима словно клешнями, и они битый час обсуждали разные способы коагуляции, дистилляции и сублимации. Ну и обменялись рецептами. Тиму торжественно была вручена книга, которую написал сам Телятевский, а также семена и рассада лечебных растений. Юноша отдарился пятком эликсиров, очень заинтересовавших сельского учёного и рецептом его изготовления. Вполне возможно, что Маркелу Маркеловичу даже удастся достать ингредиенты, ведь в столице Скитальцы нет нет, да появлялись.
Фанатика науки очень заинтересовал интересовал процесс варки и в ближайшее время он собирался создать аналог из местного сырья и выпытывал из юноши каждую подробность, так что даже Ермил Леонович едва смог выцарапать Тима из когтей эскулапа. И вовсе не выцарапал бы, особенно после того, как Система зачла книгу, докинув её рецепты в список, а заодно подняв «Зельеварение» на целую единицу, а «Алхимию» на две. Казалось бы несправедливость, но, как говориться, был нюанс, ведь до этого первый навык завис на бронзовом максимуме в десять единиц, а второй был равен всего трём. Вот и думай, какова же на самом деле была ценность невзрачной с виду книженции, напечатанной на дешёвой бумаге. И Тим бы ещё с удовольствием поболтал с её автором, но и про дела забывать не стоило.
— Господи спаси, Пресвятая Богородица!!! — Степанида, дородная тётка, являющаяся главной модисткой Лихвина, принялась быстро креститься, глядя на спрятавшую красное от стыда лицо в ладонях помощницу, которой приказали примерить привезённый Тимом наряд. — Сгинь с глаз моих, бесстыдница!!!
Молодая женщина с громким всхлипом метнулась за занавеску, разделяющую комнату на две половины и оттуда послышались истерические рыдания. Тиму стало неудобно, хотя на его взгляд девушка выглядела неплохо. Да и он для примерки выбрал самый целомудренный вариант белья, без кружев и прочего, шортиками весьма консервативного кроя и широким лифом. Учитывая, что в Магазине можно было приобрести практически прозрачные комплекты, состоявшие из двух — трёх полосок кружев, этот можно было назвать бабкиным. И уж тем более юноша не ожидал такой реакции.
