— Ты, на чьей стороне? — возмутился Арналду. — Ты мой друг или его?
— Обоих, — спокойно возразил Боб, — а больше всего я заинтересован в карьере твоего отца. Мне кажется, не стоит сейчас затевать скандальных историй и давать пищу для упреков в недобропорядочности. Ты меня понял?
— Я подумаю, — недовольно буркнул Арналду. Боб не поленился и отправился вместе с Арналду в редакцию. Слухи об избиении Арналду Раулом уже дошли до Вагнера, и он тоже был готов принимать административные меры, опасаясь гнева Сан-Марино.
— Ваша информация — явное преувеличение, — сказал Вагнеру Боб. — Могу вам все рассказать как объективный свидетель — был спор. Горячий. Но не больше.
Вагнер скептически покачал головой и ничего не ответил. Многолетний опыт научил его, что торопиться не следует никогда, всегда нужно определять, куда ветер дует. А для этого ему было бы достаточно одного взгляда на Сан-Марино, и он уже знал бы, что ему делать и чего хочет от него шеф.
Но шефа на месте не было. После утреннего визита Сан-Марино не работалось, и он отправился домой, собираясь вызвать Алвару и еще раз обсудить создавшееся положение с ним. Его волновало многое: нашел ли тот средство вернуть переведенное на Гонсалу имущество? Если признать ребенка, не станет ли он главным наследником имущества Сан-Марино? И вообще, какие права у Бетти Монтана в связи с ее новым положением?
Когда он вошел в холл, Гонсала недовольно поджала губы.
— У меня небольшая вечеринка, но будет только молодежь и я с Патрисией — объяснила она свою гримасу недовольства.
— Мне не до вечеринок, — сухо сказал он. — А Патрисия по-прежнему имеет виды на Арналду относительно Валерии?
Не знаю точно, но, по-моему, да, — пожала плечами Гонсала.
— Поторопитесь, свахи, пока живот не вырос, — неприятно усмехнулся Сан-Марино.
— Какой еще живот? — вскинулась Гонсала.
— Бетти Монтана, — сообщим Антониу. — Она беременна от Арналду.
Ну и ну! Гонсала была не готова к подобной новости.
— По-моему, они поторопились, — осторожно сказала она
— По-моему, тоже, — сухо согласился Сан-Марино, — но я рад, что по этому вопросу наши мнения сходятся.
— И когда же свадьба? — так же осторожно спросила она.
— Свадьбы не будет, Арналду не собирается на ней жениться, — отрезал Сан-Марино и стал подниматься к себе в кабинет.
Вторая новость понравилась Гонсале еще меньше первой.
Неужели сын беспринципностью, безответственностью и эгоизмом пошел в отца? Да, она считала, что с ребенком можно было бы и подождать, а сначала разобраться в себе, в своих чувствах. Арналду явно еще не готов к роли отца, да и Бетти тоже молола, чтобы стать матерью, несмотря на свой здравый трезвый женский разум. Однако раз уж так случилось, то в первую очередь все должны думать о ребенке…
Словом, Гонсала стала готовиться к вечернему разговору с сыном.
Домой Арналду вернулся страшно недовольный. Гонсала, едва увидев его, ахнула и принялась готовить примочки.
— Что с тобой случилось? По-моему, ты уже вышел из возраста, когда мальчишки выясняют отношения дракой!
— Давай не будем об этом, мама, — неприязненно буркнул Арналду. — У меня сегодня с утра сплошные неприятности. А подрался я в автобусе.
— С каких это пор ты ездишь на автобусе? Господи! Какие глупости! Придумай что-нибудь более правдоподобное!
— Правдоподобное? Пожалуйста! Бетти Монтана приготовила мне ловушку, и вот тебе результат, устраивает?
— Папа мне сказал, что она от тебя беременна. — Темные глаза Гонсалы испытующе глядели на сына.
Он не отвел своих.
— Спасибо ему, — сказал он. — Избавил меня от лишнего труда.
— Еще он мне сказал, что ты не хочешь жениться. — Глаза Гонсалы продолжали смотреть все так же испытующе.
— Ни за что на свете! Даже если Отавиу будет караулить меня с пистолетом!
— Мне горько узнать, что у меня такой безответственный сын, — с болью произнесла Гонсала. — Ведь это ребенок не только Бетти, но и твой тоже.
— Я признаю его, и буду платить алименты. Но жениться — ни когда!
— Ты весь в отца, как это печально, — все с той же болью проговорила Гонсала.
— Не впутывай меня, пожалуйста, в ваши отношения, — раздраженно отозвался Арналду. — По моим понятиям, ты первая должна была бы предостеречь меня от женитьбы. Вот вы женаты уже столько лет, и что? Ты счастлива? Нет, ты собираешься разводиться! Так зачем делать глупость мне? Кому она принесет счастье? Мне? Бетти? Или, может быть, ребенку, который будет переживать из-за родителей?
Гонсала почувствовала скрытый упрек в словах сына. Оказывается, он болезненно переживает их разрыв с Антониу, а кажется таким взрослым, самостоятельным…
— Нет уж! Не уговаривай! Я боюсь женитьбы как черт ладана! А теперь позволь мне подняться к себе и принять душ.
Гонсала молча отошла в сторону, ей было жаль своего мальчика, который под обличьем супермена оказался таким чувствительным и уязвимым. Она чувствовала перед ним вину.
И Бетти не выходила у нее из головы. Ей хотелось поговорить с ней и услышать, что та думает.
