Ефимову вручают самый ценный приз авиационной недели, назначенный за полет на высоту журналом «Автомобиль и воздухоплавание», — бриллиантовую булавку в виде аэроплана.
За эту награду Ефимову пришлось упорно побороться с Васильевым. Небесные рыцари то слетались, то разлетались высоко в небе, стремясь забраться повыше и продержаться подольше. Лишь сигнал окончания полетов заставил их приземлиться. Победа — за Ефимовым. Он единственный на московской авиационной неделе поднялся выше тысячи метров.
Москвичи, переполняющие трибуны аэродрома, шумно приветствуют победителя авиационного турнира. Присутствовавший на состязаниях хивинский хан, сопровождаемый свитой в экзотических восточных одеждах, преподносит Михаилу Ефимову серебряную звезду.
Не обходится без происшествий и в Москве. В аппарате Сципио-Кампо начались перебои. Авиатор выключил двигатель и сел на вспаханное поле на виду у трибун. При этом хвост «Морана» поднялся кверху, а пропеллер врезался в какой-то валун. Сципио-Кампо отделался ссадинами. Но ему так хотелось летать в этот день, что, увидев на взлетной дорожке аэроплан Кудашева с запущенным двигателем (возле него суетились механики), он решительно взобрался на сиденье. Взлетев, Сципио-Кампо ужаснулся. Аппарат ни с того ни с сего закачался, задрожал, вышел из подчинения. На трибунах заволновались, увидев эти странные колебания. Ценой больших усилий развернув аппарат, летчик избежал аварии над трибунами. Его аэроплан свалился на правое крыло уже в поле, накрыв собой авиатора. Все ахнули. Но Сципио-Кампо вылез из-под обломков невредимый.
— Ну, Михаил Фаддеевич, сто лет проживете, — засмеялись обступившие Сципио-Кампо летчики. — После таких двух аварий остаться живым! Теперь можете ничего не бояться!
Сципио-Кампо смущенно улыбался, ругая себя в душе за беспечность. Механик сокрушенно вздохнул, сожалея, что не успел предупредить летчика: кудашевский аппарат был отремонтирован наспех, не отрегулирован.
И музы склонили головы перед авиацией. Их служители — литераторы, художники, музыканты, артисты — завсегдатаи авиационных состязаний. Как пишут газеты, «Комендантский аэродром стал местом встреч для петербуржцев и выставкою знаменитостей» — от писателя Леонида Андреева до певицы Анастасии Вяльцевой.
«Это изумительное зрелище, — говорит о полетах авиаторов Леонид Андреев. — Человек с открытым лицом, смотрящий в глубину неба и летящий в воздухе, — в этом есть что-то от героического человека будущего, который окончательно победит стихии. Какой восхитительный век! Мы дожили до реализации самых смелых мечтаний Жюля Верна».
Подружился с летчиками, проживая в Гатчине, Александр Куприн. И он восхищен первой когортой смельчаков, штурмующих небо: