– Стефа, – пробормотал Данила, все так же потупившись.
– Как вы можете так жить? – сдавленно промолвила я.
Он встал, подошел к шкафу, вынул спортивный костюм и полотенце.
– Иди переоденься. Он чистый.
Но я не взяла. Данила со вздохом положил стопочку на стол и встал вполоборота ко мне, уперев кулаки в столешницу.
– Если ты снова пришла меня уговаривать рассказать Денису твою правду, то напрасно.
– А ты никогда не думал, что он заслужил это падение? – спросила я.
Данила изумленно посмотрел на меня.
– О чем ты?
– О том, кем Денис был до падения.
– Он сам тебе рассказал?
– Нет. Кира с Яной. Совершенно случайно.
Данила задумчиво уставился в стену.
– Денис не был святым. Но нет, я никогда не думал, что он заслужил это падение… – Его взгляд осторожно скользнул по мне и вернулся на стену. – Что, непросто, да, любить человека, чей внутренний мир пугает тебя?
Мне показалось, что он говорит сейчас не обо мне.
– Денис теперь стал другим, – прошептала я.
– Ты так уверена?
Мне очень хотелось в это верить. Убедить себя, его, всех!
– Разве ты не видишь перемен в нем?
– Стефа, – он посмотрел на меня и вновь потупился, – Денис – поразительный человек, он всегда был для меня кумиром, но любить его – это тяжелое испытание. Я вижу, как он делает больно Лии… Но она очень сильная и может в ответ сделать больно ему. Они оба такие… А ты не такая.
– Даня, так сложно разговаривать со мной, глядя в глаза? Или, может, я так отвратительна тебе?
Не поднимая на меня глаз, он улыбнулся и произнес одно лишь слово:
– Платье.
И тут меня осенило. На мне белое намокшее тонкое платье. Боже, да я сижу перед ним практически голая!
Я вскочила, схватила полотенце и прикрылась им.
Наши взгляды встретились. Он улыбнулся и отшутился:
– Да, смотреть в глаза было непросто…
Я схватила со стола стопочку со спортивным костюмом и вылетела из кабинета, крикнув:
– Мог бы сказать!
А вслед мне полетело:
– Зачем? Когда я еще увижу тебя голой!
Мы сидели в его комнате. Денис за столом над кодексом, а я уютно свернулась в кресле с книгой Норы Галь «Слово живое и мертвое».
Я любовалась сосредоточенным лицом Дениса и игрой солнца в его волосах, то выходящего, то прячущегося за тучами.
Денис резко захлопнул книгу.
– Поступить на юридический было ошибкой.
Я подошла к нему, положила руки на плечи и принялась разминать.
– Уверена, ты со всем разберешься. Не все сразу.
Он наклонил голову и коснулся щекой моих пальцев.
– Я боюсь, что совершил ошибку. На юридическом учатся блестящие молодые люди…
– И ты именно такой!
– За исключением того, что они здоровы, а я нет. И публичные выступления в суде станут для меня пыткой. А для того, чтобы сидеть в каком-нибудь офисе, копаясь в бумагах, получать юридическое образование не обязательно.
Я села к нему на колени.
– Денис, первый курс всегда тяжелый. Но на втором все твои сомнения уйдут.
– Мне следовало поступать на журфак. Но я принципиально не хотел идти по стопам отца-мудака. Но если подумать, что в моем положении остается? Кропать статьи, сидя дома.
Я поцеловала его в висок и как можно бодрее сказала:
– Чтобы кропать статьи, учиться пять лет не нужно. Ты можешь постичь литературные тонкости сам или пойти на курсы писательского мастерства. А вот адвокатом ты вряд ли станешь сам.
Он взял телефон и проверил его. И так уже третий раз за последний час.
– Ты ждешь звонка? – спросила я.
Денис отшвырнул телефон.
– Нет! – И внезапно попросил: – Рассмеши меня.
Я откинула за спину волосы.
– «Могу порекомендовать вам замечательного адвоката. Его клиенту грозила смертная казнь, но он добился значительного снижения… – Наказания? – Нет, напряжения…»
Денис улыбнулся. А потом взглянул на телефон, снова погрустнел и обронил:
– Ты чудо.
В комнату раздался стук. Заглянула Ольга Константиновна.
– Денис, ты не хочешь пообедать?
– Нет.
Ольга Константиновна вздохнула.
– Ты испортишь себе желудок, питаясь кое-как. Ну что с тобой делать? – Она улыбнулась, качая головой. – Позвонить Стефании, чтобы она приготовила тебе суп?
– Не вздумай! – резко сказал Денис.
– Просто пошутила. – Ольга Константиновна закрыла дверь, а я тоскливо выдохнула:
– Она терпеть меня не может.
Денис обнял меня.
– Это не так.
Я хмыкнула.
– Пожалуй, она была бы рада видеть на моем месте Стефу. Как думаешь?
У меня по спине прошел холодок. Я все-таки сказала вслух то, что было давно очевидно.
Денис рассмеялся, отрывисто и сухо.
– Как ты себе представляешь нас вместе?
– Важнее другое: представляешь ли ты сам?
Он тряхнул головой.
– Она забавная и славная… заставляет меня смеяться над самим собой и над ней. Но она никогда бы не приняла меня настоящего.
– А если бы приняла?
– То это была бы не та Стефания, которая мне нравится.
Я убрала кудрявую прядь с его лба.
– Принимать тебя настоящего такое преступление?
– Свидетельствует кое о чем…
– И о чем же?
– О наличии собственных демонов, способных понять природу чужих демонов. – Он взял меня за подбородок и заглянул в глаза, прошептав: – Когда я встретил тебя, то был в ужасе.
– Почему?
