– Ну, ты меня убил, – сказал Маркин, поднимаясь из-за стола и торопливо закрывая окна на мониторе. – У нас же тут камеры везде, посматриваю иногда за посетителями в целях безопасности. Смотрю, Андрюха нарисовался. Ну, привет что ли.
Он крепко пожал руку Умрхина, собрался, уже было, обнять, но Умрихин стоял неподвижно, глядя в упор, не подпуская его ближе.
– Куда пропал-то?
– Кризис, – усмехнулся Умрихин.
– Кризис, говоришь, – Маркин достал из шкафа большую бутылку виски и расплескал в два стакана. – Держи, за встречу.
Умрихин глотнул, и поморщился от горячего шарика, скатившегося по горлу в живот. Маркин выпил залпом, вытер рот и залил еще полстакана.
– Кризис, значит. Тут такое творится, твой кризис – это так, прогулочка. Видишь, я теперь где.
– Большой человек, – сказал Умрихин, присаживаясь на краешек стула.
Маркин заглотил еще виски, сунул руки в карманы брюк и втянул голову в плечи, как будто хотел согреться, подошел к окну и заглянул в щель жалюзи.
– Куда там, большой. Я тут как затычка. – Маркин стал расхаживать по всему кабинету. – Прошлых поснимали, ко мне пришли, выручай, говорят, Сережа, нужен человек новый, профессионал своего дела, мать их. А мне что. Даренко после того аквапарка слился, долги за год, аааа…
Маркин махнул рукой, подлил виски в стакан Умрихина и глотнул из бутылки.
– А потом опять рухнуло. И понеслось, с утра планерки-совещания, прокуратуры-шмукаратуры, а вечером нажираемся как скоты. Стройки все заморозили, только вон бумажки разбираем, отказы с предписаниями строчим. Твои-то как?
– Да нормально все… – Умрихин затарабанил пальцами по столу. – Ольга опять за ремонт взялась, у Саши позвоночник еще. Нормально…
Маркин развалился в своем кресле, прищурился хищно и тихо спросил:
– Дауншифтингом решил заняться?
– Похоже, что так.
– А ты всегда ебнутый был.
Маркин вдруг рассмеялся, и заколотил по столу:
– А помнишь, как я того хмыря, ну психа того привел, чтоб посмотрел тебя? Ты бы себя видел, когда визитку у него взял. Шары – во! Покраснел, ручонки задрожали.
Умрихин улыбнулся:
– Ваня там как поживает?
– А Ваня учиться пошел. Прикинь, режиссером решил стать, кино снимать. А какое, нахрен, сейчас кино, кругом – жопа! Люди уже боятся на работу ходить, гастеров завезли, а работы нет, теперь вон, слышал, в банды собрались, лютуют звери. Хоть на улицу не выходи. С моей машины вчера колеса сняли, нет, ну прикинь, ладно бы уж совсем угнали, а то выхожу – стоит родимая на кирпичиках. Все – валить, валить надо. А куда валить-то? Сидят, сука, только нас и ждут там. Хрен там. Ты, хоть и шарахнутый на всю голову, а дело говорил, что скоро все ебнется. Только, хрен ли толку, что угадал, предсказатель?
Маркин клацнул по клавиатуре и оживил ноутбук. Он пробежался глазами по экрану.
– Твою мать! Ну как на таких долбоебов можно надеяться.
– Слушай, Марка… Сергей. У меня тут дело к тебе – сказал Умрихин.
– Вот ведь уроды. А? Прикинь, ставку на Барсу сделал, и пролетели, суки. Иди сюда, покажу, чем я тут занимаюсь. У меня тут целый Лас-Вегас.
Глаза у Маркина горели, он то и дело потирал шею и растирал грудь под расстегнутой рубашкой.
– Тут я, значит, спортом заведую, – Маркин растянул окно с графиками, цифрами и названиями футбольных команд. – Ну, ставки на футбол, в основном. А вот, покерный клуб. Помнишь, как в общаге резались? Я сначала по правилам играл, а потом надоело. Скучно. Блефую по-черному. Знаешь, уже сколько денег просадил… Так, здесь у меня казино, затягивает ого-го, не советую. А вот здесь, смотри, бабы.
Маркин открыл сайт, залепленный фотографиями с женскими лицами, задницами и полуголыми телами. Он щелкнул по одной, и на экране всплыло окно, в котором появилось видео с девушкой в купальнике. Она лежала на постели и двумя пальцами гуляла по клавиатуре.
– Все в реальном времени. Платишь за приват, и они тут такие финты выделывают. Вот так и живу, Андрюша. А, извини – Андрей, ты же не любишь.
Глаза Маркина уже наполнились слюдой. Он вдруг потерял интерес к светящемуся экрану и стал хвататься за предметы, лежавшие на столе – маркеры, айфон, ежедневник, статуэтку будды – будто хотел удержаться на плаву.
– Хрень какая-то вокруг, Андрюха. – почти шепотом проговорил Маркин. – вот так вот и сижу. На выходных с утра до ночи в ноут пялюсь. Я же тогда вас искал. Звонил, думал, может, в ментуру заявить. Ты, конечно, на всю голову того, но нахрена пропадать с концами, я вот этого не пойму никак. Мы ж, блин, с института. А теперь видишь оно как… А, у меня тут еще приблуда появилась. Я когда проиграюсь, ну надо ж как-то компенсировать, начинаю по инет-магазинам бродить, какую-нибудь чушь закажу и жду. Вроде подарка такого. Приносят, и такая прям радость, как в детстве на день рожденья. Минут пять порадуюсь и все, или секретарше, вон, отдаю или на склад. Смотри, вот склад мой.
Маркин с силой выдвинул ящики стола, забитые мобильниками, сувенирными чашками с идиотскими надписями, складными ножами, блокнотами в кожаных обложках, футболками, книжками, солнечными очками и разных размеров разноцветными коробочками.
