Не в силах сдерживать ярость, Цыпа проломился сквозь толпу и вернулся за сцену. Внутри клокотало: «Ведь это я склеил эту тему, а они ничего не сказали, даже не намекнули, и зарядили разводняк». Ощущая насущное желание кому-нибудь срочно настучать, специальный корреспондент ринулся искать Орлова и после нескольких сеансов беготни по периметру обнаружил того в бобике посреди поля.
Менты там разложили полянку в клетке для арестованных и, пользуясь тем, что машина стояла передом к трибуне, начали отмечать праздник. Орлов снял фуражку и раскраснелся, видимо, они стартовали давно.
– Будешь? – спросил капитан.
– Буду.
– Ну, лови.
Цыпа хлопнул полстакашки теплой водки и чуть было не вернул ее – плохо зашла, пузырем.
– Закуси. Не брезгуешь? – протянул Орлов надкушенный кусочек сала, и пришлось его принять, чтобы угомонить внутренние брожения.
Стрельнув сигаретку, Цыпа вытер слезы, выступившие от неудачного приема вовнутрь, и поспешил поделиться оперативными данными:
– Косорылые зарядили сеанс, все больные – подставные.
Орлов заржал и пихнул локтем толстого мента, который отвечал за разлив:
– Васильич, ты слышал, шо дружинник наш надыбал?
Тот поднял лицо к небу и заорал:
– Ахтунг, ахтунг, азухенвей! – Через секунду он скрутил голову следующей бутылке.
Старательно удерживая внутри вулкан, Цыпа тихонько отрыгнул и продолжил:
– Да ладно вам, разводняк же! На девятое же мая!
– А все остальное не разводняк? – широким жестом описал стадион Орлов. – Ты ж с виду нормальный пацан…
Цыпа знал, что с такого вступления обычно начинаются гадости, и он не ошибся:
– Малой, а ты чего вообще ждал? Чумак, значит, с Кашпировским, шо, левых с гроба подымают?
– А если оформить?
– А если подумать? Васильич, наливай.
Пухлый мент от души плеснул во все имевшиеся в его распоряжении стаканы, но Цыпа решил дать паузу, пока организм не перестроится на старые рельсы.
– Не, я пока пропущу… – отказался он. – Ничего, я им такое напишу, они у меня охуеют.
– Ты чего, дурак?
– А чего «Линия жизни» наебала ветеранов и весь город?
– Твои откажутся печатать.
– Это еще почему?
– Это еще потому, что твои косорылые теперь с газетой под одной черепицей, – ответил Орлов и вбросил в топку водку одним глотком. Цыпе только и оставалось, что хлопать ртом, как рыбе в конце базара: «Откуда…»
– Ты шо, туго всасуешь? Под Яшей они теперь, кто б их тогда сюда пустил?
– Бля-я-я… – При виде новой проблемы чуткий организм забыл о мелких неурядицах и пропустил в себя водку.
Угостившись еще одной сигаретой, Цыпа попытался найти хотя бы один выход из ситуации, но его не было, тупо не было – вокруг бурлили процессы, в которых мнение специального корреспондента вообще ничего не значило.
– Девчонку жалко, попала в замес…
– Это какая? – поинтересовался Орлов, явно наслаждаясь погодой, приходом и Цыпиной реакцией на новости с той стороны.
– Та диагност, которая у корейцев.
– Ты так и говори, шо телку присмотрел, а то разводняк, разводняк…
– Я серьезно.
– Ладно, Цыпа, обтекай, а я в обход, – подытожил Орлов и надел фуражку, давая понять, что у него есть дела поважнее.
Корейцы уже сошли со сцены, Попович совершил круг почета, с первой попытки забил свой пенальти (вратарь с заминкой прыгнул в другой угол) и, помахав рукой трибунам, уехал в дальний угол поля. По стадиону гулкое эхо разносило чес Насти-Жопы, которая благодарила всех за то, что пришли, будто у населения были другие варианты праздничного досуга. Стало быть, конец.
Цыпа увидел красное платье возле столика старой брючницы и стартовал туда. Это была Бэла, она пила воду, задрав руку, как пионерский горнист. Цыпа подлетел на всех парах и сразу, как волк Красную Шапочку, потянул девушку «на отвод» за туалеты. Не самое романтичное место, зато там было меньше людей.
Остатки разума могли бы подсказать, что не стоит прямо сейчас заострять вопрос с «заряженными» зрителями, но только не сегодня. Цыпа буквально кипел и не собирался сдерживаться.
– Ну, как все прошло? – спросил он.
– А то ты не видел! Отлично. Все в восторге.
– Слушай, я же этих самых людей видел с утра под сценой.
– Каких?
– Не придуривайся. Верховых, которых ты выдергивала.
– А, этих… Ну и что? – Бэла, если и удивилась, то самую малость – не краснела и взгляда не отводила.
– Шо это за шнейер? Это же мы, то есть я вас предложил!
– Та так всегда делают. А вдруг дедушка какой-нибудь крякнет от нервов? Кто нам потом поверит?
Цыпа внезапно понял, что тезисов у него особо-то и нет.
– Ну… неправильно это, – продолжил он.
– Так делается в этом бизнесе. Ты что думаешь, Чумак не заряжает?
– Кого, воду?
– Да людей не заряжает в зале, подставных!
– Все вы хороши.
– Дим, успокойся. – Она положила руку на плечо. – Все нормально.
Цыпа подумал, что со стороны они выглядят влюбленной парой, и раз он с самой красивой девушкой на стадионе, то лица не потерял, пусть и шпыняют его сегодня все, кому не лень.
– Ладно, проехали.
