Дверь отворилась, и на пороге появился брат-прислужник.
— Посланец генерала Жоржа Кадудаля просит ввести его в собрание, — доложил он.
— Он ответил на три установленных вопроса?
— Слово в слово.
— Так введите его!
Брат-прислужник вышел и минуты через две вернулся в сопровождении одетого по-крестьянски мужчины, с большой круглой головой и густой рыжей шевелюрой, — типичного бретонца.
Он вошел в круг сидящих монахов без малейшего смущения и остановился, вглядываясь поочередно в каждого их них, ожидая, когда же заговорит хоть одна из двенадцати неподвижных статуй.
Но вот председатель обратился к нему:
— От чьего имени ты пришел?
— Тот, кто меня послал, — ответил крестьянин, — наказал мне, если меня спросят, сказать, что я пришел от имени Иегу.
— Ты должен сообщить нам нечто на словах или принес письменное послание?
— Я должен ответить на вопросы, которые вы будете мне задавать, и обменять клочок бумаги на деньги.
— Хорошо. Начнем с вопросов: что сейчас поделывают наши вандейские братья?
— Они сложили оружие; но скажите только слово, и они опять возьмутся за него.
— А почему они сложили оружие?
— Они получили приказание его величества Людовика Восемнадцатого.
— Мы слышали о воззвании, написанном рукой самого короля.
— Вот вам его копия.
И крестьянин протянул бумагу председателю.
Тот развернул ее и прочел вслух:
«Война способна только вызвать ненависть к королевской власти и страх перед
Председатель поднял голову, встретился глазами с Морганом, и из-под капюшона сверкнул его взор.
— Брат мой, — проговорил он, — вот и сбылось только что высказанное тобой пожелание: роялисты Вандеи и Юга докажут свою бескорыстную преданность!
И он стал дочитывать воззвание:
Молодые люди переглянулись.
— Quos vult perdere Jupiter dementat![11] — воскликнул Морган.
— Да, — согласился председатель, — но когда те, кого Юпитер хочет погубить, олицетворяют собой возвышенный принцип, надобно их защищать не только от Юпитера, но и от них самих! Когда на Аякса обрушились гром и молнии, он уцепился за утес и вскричал, грозя небу кулаком: «Я спасусь наперекор богам!»
Потом он повернулся к посланцу Кадудаля:
— А как откликнулся на это воззвание твой генерал?
— Да, пожалуй, так же как и вы. Он наказал мне разыскать вас и спросить, решитесь ли вы держаться наперекор всему на свете, наперекор самому королю!
— Черт возьми! — вырвалось у Моргана.
— Мы уже решились! — ответил председатель.
— Ну, значит, все хорошо, — сказал крестьянин. — Вот настоящие имена наших новых вождей, а вот их боевые прозвища. Генерал советует вам в письмах обходиться одними прозвищами. Так он делает, когда заходит речь о вас.
— Есть у тебя список? — спросил председатель.
— Нет. Меня могли арестовать и захватить его. Пишите, я буду вам говорить.
Председатель сел за стол, взял перо и под диктовку ван-дейского крестьянина написал следующие имена:
