– Для того к вам и шел, – пристально глядя вперед, мирно откликнулся дракон. – Но сначала нужно сходить еще в одно место…
Белый зверь, не отодвигающийся от друга даже на ладонь, сердито рыкнул, и неожиданно для старого оборотня маг весело фыркнул:
– Конечно, ты со мной, но гнома, думаю, лучше оставить с ними.
– Я там каждый камень знаю, – вдруг обиделся Тробер, но зверь недовольно зашипел, и коротышка сразу сник.
– Потому и не сказал… – бурчал он обиженно, – сразу понял, вы обязательно туда полезете. Я раньше думал, врут ардагские, не бывает таких оборотней… А теперь вижу, все чистая правда.
– Тробер, – вздохнул дракон, – я на лесть не покупаюсь, и мне все равно, какие байки распускают родичи Сегрина. У него ведь редкий талант, а они не ценили, спохватились, когда уже поздно было. Не захотел он жить после всего с семьей, ушел на новое место. Но тебя не беру не поэтому, просто у меня резерв не настолько полон, чтобы лишних таскать. Ты мне только одно скажи – есть поблизости от той лаборатории выход наружу?
– Так нам черные и приказали пробить оттуда ход наверх, на склон скалы, – мрачно посопев, начал объяснять гном. – Там глухое, дикое ущелье, ни с одной стороны нет прямого выхода к морю, делай чего ни пожелаешь. Раньше мы там охотились, куропатки непуганые, сами в руки шли. А теперь даже не заглядываем, ползает по камням какая-то гадость, черные на ней ловушки проверяют.
– Ну, раз видели гадость, значит, все же ходили туда, – усмехнулся магистр и тихо пояснил напарнику: – Самим нам наружу пока уйти нельзя, черные должны думать, что у них еще есть время. Зато вестника я теперь отправлю сам. Пусть выжгут там всю нечисть. Мне давно было непонятно, откуда в Дройвии и Ардаге время от времени появляются стада всякой дряни. То выводок выпней, то стая болотниц, а то и вовсе какая-нибудь ядовитая мерзость вроде взрывающихся гигантских слизней. Только теперь начинаю понимать, это же черные всех отвлекали от себя, следы запутывали. Вроде где-то со времен Разлома остались гнезда и понемногу размножились.
– Нам сюда, – подсказал дракону Дед, рассматривая его с непонятным упорством.
– Чувствую, – отозвался Иридос, и воздушная карета сбавила скорость.
А через минуту влетела в просторную пещеру, где посредине стояли длинные столы, выложенные из каменных плит, у одной из стен булькали котлы над основательным очагом, а рядом стекала в выдолбленное в скале углубление светлая струйка. И везде сидели, бродили, чем-то занимались мужчины в рабских ошейниках.
– Ненавижу… – невольно вырвался у дракона рык при виде этой толпы оборванных и изможденных, бледных оборотней без малейшего признака защитных коконов.
Но они были – ошейники не давали магам вернуться в человеческий облик, в котором они менее выносливы. И одновременно высасывали всю энергию, какая могла усилить коконы.
Дивная повозка исчезла мгновенно, бережно опустив на пол рабов, и все находящиеся в пещере тотчас повернулись к ним и ошеломленно замерли, распахнув от изумления впавшие глаза и почти беззубые рты.
– Значит, они нас не видели, – уважительно покосился гном на дракона, но тот уже быстро шел по пещере, рассматривая на ее стенах нечто, заметное только ему одному. И время от времени делал резкий взмах рукой, словно обрывая невидимую паутину.
– А это кто такой? – раздалось сразу несколько встревоженных голосов, и Тробер спокойно, с вызовом сообщил:
– Иридос.
Случившегося в следующую секунду не ожидал никто: один из новеньких вдруг вскочил и ринулся прочь, но невидимая лапа вмиг сцапала его и выдернула из толпы, бросив к ногам резко развернувшегося дракона.
– Куда же ты бежал, Тимул? – почти ласково осведомился магистр, и от этого простого вопроса у всех оборотней на загривке встала дыбом призрачная шерсть.
– Никуда, – побелев от ужаса, упал на колени мужчина с неузнаваемо исчерченным шрамами лицом.
– Оставь его, – тронул Иридоса за локоть Дед, – не в себе он. Над теми, кто пытается их обмануть, черные издеваются особенно жестоко.
– Да он мне и не нужен, – остывая, раздосадованно выплюнул дракон. – Судьба другого тревожит. Не знаете… рыжий Мишеле? Этот торгаш увел его обманом.
– Как не знать, – хмуро кивнул Дед, – он тоже у нас был. Сильно избит… поэтому отправили в приют со второй партией.
– И где этот приют? – вызывающе уставился ему в лицо Иридос, отчетливо ощущая сложную мешанину чувств старого оборотня.
Недоверие, надежда, тревога и еще бог знает сколько различных оттенков.
– Мы думали, ты вместе с ними, – разочарованно буркнул Дед, но договорить не успел.
Белый зверь метнулся к нему молнией, одним ударом лапы сбил с ног и крепко сжал клыками руку, сжимавшую грубо выкованный кинжал, украшенный дешевыми камнями.
– Отпусти его, – мягко попросил Рада дракон, не отводя взора от стиснувшего зубы Деда, – он всего лишь пытался бросить мне вызов. Так велит старый обычай: если встречаются два вожака, то они должны вступить в поединок, и сильнейший объединит две стаи.
Рад выпустил руку старшины шахтеров, пренебрежительно фыркнул и с подчеркнутой аккуратностью вылизал свою лапу.
