Уловив скрип, доносившийся из храма, оборачиваюсь и вижу толкающую плечом и пытающуюся выбраться наружу восторженную Лавину. Вскоре ей удалось победить тяжёлую дверь, и я увидел причину её столь широкой улыбки. Девушки прижимала к груди искомый нами гримуар.
— Лавина, будь осторожна. Если ты случайно откроешь книгу мы все умрём.
— Ты, что, за дуру меня считаешь⁈ Я и без сопливых знаю, что письмена читать смертельно опасно… Бесишь! Своей никому ненужной заботой всё настроение испортил.
Пока девушка плевалась ядом, я заметил неладное. Окружающая нас виноградная роща стремительно менялась.
— Лавина, ты там кроме книги ничего не трогала?
— Нет, а чего это ты вдруг… спрашиваешь…
— Гниль болотная. Мы столько говна сейчас наворотили, что так и не понять, какое именно наше действие позвало сюда саму госпожу смерть.
— Я и без твоих аллегорий вижу, что мы в полном дупле.
Вокруг нас творился настоящий хаос природы. Жизнь уходила из этого места. И нам оставалось лишь взирать, как увядает виноградная роща. Молча смотреть, как усыхает лоза, которая мгновение назад была украшена пышной листвой. Нашими стараниями этот зелёный сад превращается в безжизненную пустыню.
Мне одновременно стало и страшно, и стыдно. Я повернулся к Лавине, но даже вид божественной книги в руках любимой нисколько не порадовал меня. Ростки ужаса всё быстрее захватывали моё нутро. Руки задрожали. Осознание совершённого нами давило на разум.
— Дорогая. Мы облажались…
Эмоции бурным потоком стали вырываться наружу. Я почувствовал всепоглощающую беспомощность, и из моих уставших глаз полились слёзы.
— Ой, да ты что⁈
Стоило мне сесть на кресло богини, как оно сразу развалилось подо мной, и я плюхнулся на землю. Вот только за мгновение этого падения я увидел, как пролетают дни чужой жизни. В реальности прошли всего секунды, но моё сознание поглотило образы эльфийского опыта.
Рассыпавшись, кресло богини стремительно уходило в землю, а в местах его останков начали прорастать различные травы да цветы. И из-за этой приятной мягкости моё тело отказывалось подниматься. Хотелось и дальше валяться на этой ароматной поляне и разглядывать небо.
— Чад⁈ Ты там как? Живой?
Немного приподняв голову, я посмотрел на испуганного гнома. Тот стоял с округлыми глазами и нервно поглаживал свою бороду.
Усмехнувшись забавному поведению гнома, я прилёг обратно на траву и сосредоточил взгляд на небе:
— Неужели не видно?
— Если честно, я жуть как перепугался. Ты с таким странным лицом пошёл отгонять от цветов фею, будто собираешься её убить. А потом вместо наказа негодницы решил плюхнуться на кресло, чем и разломал его на части.
— Ну и зачем ты мне пересказываешь мои же действия?
— Ты вёл себя странно. Но я не лез и просто наблюдал. Однако ты уже довольно долго валяешься и с тупым лицом втыкаешь в небо, пока обнаглевшая фея всё продолжает пожирать дорогущие алхимические реагенты.
— Так ты не обо мне переживаешь, а о цветочках?
— Конечно! Как можно вот так уничтожать столь богатую редкими растениями поляну? Это кощунство — превращать такой кладезь реагентов в еду!
— Ну и чего ты как не родной. Присел бы рядом с феей и тоже пощипал бы нужную тебе травку.
— Раз ты настаиваешь. Так и поступлю.
Послышались торопливые шаги. Гимн чуть ли не вприпрыжку бежал ко мне, видимо, чтобы нарвать себе букетик-другой.
Улыбнувшись энтузиазму гнома, я с превеликим удовольствием закинул руки за голову и продолжил вглядываться в облака. Довольно удачно я упал. Здесь колючие ветки почти не скрывают неба, потому я могу насладиться прекрасным видом.
Длинные полотна облаков смешиваются друг с другом и вытягиваются в бесконечные полосы.
Пока я гляжу на эту неописуемую красоту, меня переполняют романтические мысли. Хочется как птица взмыть вверх и помчаться вдаль, завладеть чувством свободы, наслаждаясь стремительным полётом сквозь неизвестность бытия.
— Чад, у меня проблема.
— Замечательно, конечно. А я тут причём?
— Так сказать, я просто решил поделиться болью.
— Делись. Только, пожалуйста, без этих… долгих вступлений.
— Если без предисловий, то я не знаю куда складывать собранные целебные травы.
— Так загрузи их в инвентарь.
— Чтобы не потерять свои свойства, целебные травы должны дышать. Поэтому запихивать их в инвентарь — полное кощунство.
— Тогда достань из инвентаря какую-нить сумку.
— У меня нет там ничего подобного.
