А вот Катя с Облаком не поладила, хоть они были похожи: обе плевать хотели на порядок и форму. Катя носила джинсовые шорты и пирсинг в носу, а Облако — красный чокер и гольфы со смешными зверушками. Обе были незаменимы, и руководство смирилось. Облако даже приволокла ховерборд, запрещённый в странах Союза.
Наши девчонки...
В лесу совсем хорошо. Воздух напоён ароматами прелых листьев и хвои. Мы поднимаемся выше и выше по горному серпантину. Будь я один, попробовал бы пролезть сквозь кусты напрямик. Но даже на асфальтированной дороге Облако отстаёт...
— Кирилл, подожди! Пожалуйста. Давай пять минут отдохнём.
— Хорошо.
— Попьём?
— Вода же заканчивается! А нам идти и идти!
— Ну пожалуйста! — она делает домиком белые бровки и нетерпеливо притоптывает на месте.
Я выкручиваю дозатор и протягиваю бутылку из-под жидкого мыла.
— На!
Девчонка делает несколько жадных глотков и удивлённо переворачивает бутылку. В пыль падает последняя капля.
— Всё! Тебе ничего не осталось! Не рассчитала, прости... — у неё на губах появляются радужные мыльные пузыри — после электромагнитного импульса встали насосы, промыть бутылку не удалось.
Не могу сдержать смех.
— Ничего, дойду.
Облако остервенело кидает бутылку о землю. Экопластик брызгает тучей осколков.
— Б**ть, б**ть, б**ть!
Вот уж не думал, что эта девчонка умеет так выражаться!
— Не истери! Отдыхай! — говорю я строго. Но, конечно, не злюсь. Ей давно надо было как-нибудь разрядиться.
Мы стоим и таращимся на долину. На бухту — ту самую, где чуть не погибла в трубах Луна. Если б не я...
Облако вдруг говорит:
— Волны, словно барашки.
Ну и глупость сказала Старший Пилот! Но, я пытаюсь её поддержать:
— Как белые стада...
Над городом стелется дым. Огонь перекинулся на городской сад, в котором волшебным апрельским деньком мы гуляли с Луной. Мои обожаемые платаны, фонтаны и домики с витражами, даже полосатая башня древнего Священного Маяка, на вершине которого мы впервые поцеловались — всё теперь превратится в руины и пепел. В мире не хватило места для волшебства.
Найти бы способ вернуться из этой пустыни в апрель...
Стоп! Я ведь к нему и шагаю, к этому способу. Иду сквозь пустыню, навстречу цветущей весне. Туда, где смеётся Луна. Туда, где в жизни есть смысл.
Но не факт, что захочется остаться на весеннем Маяке навсегда. Даже лучшие моменты надоедают, и люди начинают выискивать счастье в каких-нибудь глупостях. Уходят из уютных квартир в ледяные палатки, бросают жён и детей, устраивают войну.
— Всё от излишне хорошей жизни!
Облако хмыкает.
