На экране пылает табло: «Критическая ошибка!»
Что? Какая ещё ошибка!
Пальцы лихорадочно бегают по меню.
«Прототип не найден».
Как? Как это: «не найден»? Вот же она, на месте!
Боже, сколько под ней крови!
Сознание ещё пребывает в счастливом неведении, но бессознательному уже всё понятно — недаром мои пальцы «на автомате» щупают пульс и ложатся на губы, проверяя дыхание.
Всё ещё не в силах поверить, я прикладываю ухо к груди, а потом тормошу бездыханное тело.
И только потом — кричу.
— Пять с половиной часов... Сканирование почти завершилось. Не хватает «личности» — того, что свяжет информацию вместе. И самого главного — сознания, «Я». Оно безвозвратно утеряно.
Зато, оно есть у меня. А сознание, самая глубокая основа «себя», то, что создаёт основу для личности — у всех одинаково.
Что ж. Значит это — единственный выход.
Отдам ей себя. Пусть Облако живёт во мне, в моей памяти. Пусть смешаются наши желания, стремления, мечты. Ведь, в конце-то концов, разве не этого жаждет каждый влюблённый? Именно этого! Но в мире физических тел слияние невозможно, позволено лишь обняться, да потереться щекой, в жалкой попытке разделить боль или радость.
У нас же, всё будет иначе. Слияние, навечно.
Но только... Достаточно ли мы друг другу подходим? Второго шанса не будет: вечное счастье или бесконечные муки! Личность может отторгнуться или рассыпаться на куски — как происходит во сне, когда встречаешь людей, разговариваешь, даже дерёшься... Но все они — это по-прежнему ты.
Говоря откровенно, Облако я её едва знал. С другой стороны, разве бывает иначе? Таков этот мир. Даже вместе, не узнаешь друг друга за целую жизнь.
Боясь, что решимость исчезнет, я обнуляю ошибку и нажимаю: «Продолжить». Перекладываю Облако на стол. Из кармана её шортиков падает фото.
Мужчина-азиат в лётной форме, на фоне штурмовика с намалёванным ягуаром на фюзеляже. Я его никогда не встречал, хотя черты кажутся очень знакомыми. Угол фотокарточки залит кровью. Но ещё можно разобрать надпись: «Эйприл! Помни: время убивает лишь тех, кто в него верит».
Надо же! Даже имя у неё — не азиатское, наше... Эта девчонка и правда могла бы связать культуры, предотвратить войну.
Могла бы...
Прячу снимок в нагрудный карман и опускаюсь на ложемент, ещё тёплый от тела и скользкий от крови любимой.
Секунды, незаметными нитями вплетённые в ткань пространства, исчезли, и восприятие застыло. Прошлое и будущее слились в бесконечном сейчас.
Яркие весенние небеса и тянущаяся к ним трава стали моими спутниками в путешествии сквозь безвременье.
