«Она точно не в его вкусе, — с каким-то облегчением подумала Ульяна и нахмурилась от своих мыслей. — Может, мне оставить кекс ей, передать благодарность и извинения на словах? Он поймет, а я не буду чувствовать себя идиоткой…»
Но как бы она ни надеялась, увы, тиран оказался на месте.
— Елизавета, будете уходить, выключите везде свет, — раздался его приказной тон из динамиков селектора.
Его манера быть таким чопорным вызвала усмешку.
— Все сделаю, Кирилл Александрович. Я ухожу, — ответила та.
Ульяна отпрыгнула от двери и поспешила спрятаться за угол. Секретарь вышла, прикрыла дверь, и вскоре ее шаги затихли.
Ульяна вернулась к приемной, еще немного постояла перед ней и все-таки уговорила себя войти. Оказаться наедине с Барховским на его территории ужасно не хотелось, но и собственная трусость раздражала.
«Никаких иллюзий — он все еще тот, кто есть! Даже если начнет хамить, просто извинись без лишних комментариев и исчезни…»— приказала себе она и без стука вошла в кабинет.
Основной свет был потушен, Барховский работал с настольной лампой за ноутбуком.
— Добрый вечер, Кирилл Александрович! — с порога негромко произнесла Ульяна, переминаясь с ноги на ногу.
Кирилл мельком взглянул в темный проем и сдвинул брови: «Надо же, сама явилась!»
Он выпрямился в кресле, отстранился от стола на вытянутых руках и некоторое время рассматривал женщину. Светлая рубашка с острым отложным воротничком заправлена в темную юбку-карандаш, аппетитно облегающей бедра, классические туфли-лодочки подчеркивают стройные ноги — ничего лишнего, стильно и строго, но такая соблазнительная.
Кирилл сглотнул, уронил руки на бедра и заметил:
— Вы рано. Я еще не закончил.
— В каком смысле? — растерялась Ульяна, прижимая к животу контейнер с кексом.
— Мы договаривались, что я сам заберу вас. Вам всего лишь нужно было дождаться… Но раз пришли, можете присесть. Мне нужно еще минут сорок, — сказал Кирилл, кивнул в сторону дивана у стены и снова придвинулся к ноутбуку.
«Снова этот указывающий тон, — с досадой вспомнила Ульяна о его настойчивом предложении в лифте. — Но мне все это ни к чему. Извинения. Благодарность. Руки в ноги и… Масленица*!»
Она сделала несколько шагов и остановилась. По спине бегали холодные мурашки, а сердце колотилось, как ненормальное, отдаваясь неприятной пульсацией в горле. Сама атмосфера кабинета давила и настораживала. Все здесь было пропитано энергетикой хозяина — пугающего, жесткого. И его ароматом, от которого сводило живот…
«И чего я его так боюсь? Он просто мальчишка», — думала Ульяна, но в голову полезли воспоминания их близости и ее полного поражения, будто он обладал каким-то сильнодействующим средством, лишающим воли. А в сумраке это чувство еще больше усиливалось. Сейчас она не могла заставить себя даже просто посмотреть ему в лицо.
Опустив голову и глядя на контейнер, она облизала сухие губы и проговорила:
— Простите, я не буду отвлекать вас от работы, пришла лишь за тем, чтобы извиниться…
— Что вы там бормочете? — перебил Кирилл и на секунду отвлекся от экрана. — Мне вас не слышно…
Она сделала еще пару шагов и остановилась у длинной бриф-приставки к его столу, поставила кекс на угол и отступила.
— Я приготовила десерт в благодарность за вашу помощь…
— Что? — недоуменно нахмурился Кирилл.
— Испекла кекс, — еще тише произнесла она.
Кирилл мельком глянул на контейнер с «благодарностью», а потом посмотрел на Исаеву. Внутренности обдало горячей волной. Она пришла к нему сама. Виноватая и растерянная. Совсем не похожая на разъяренную кошку, какой показалась при свете дня. Он даже не понял, с чего она устроила ему то выступление.
— Я не ем сладкого! — твердо ответил он и со странным удовольствием заметил, как Исаева вздрогнула от его тона.
— Что? — подняла она свои оленьи глаза.
«Черт, ведь оттрахаю до изнеможения и покончу с этим!»— чувствуя прилив тяжести в паху и не понимая, почему злится, подумал Кирилл.
— Днем вы были смелее. Идите сюда! — опасно произнес он, и его голос отразился пронизывающим эхом от стен.
«Какого черта я пришла?»— смешалась Ульяна и попыталась выправить неловкую ситуацию:
— Скажите, сколько я должна вам за вызов врача и лекарства? Я хотела бы оплатить…
— Хотите оплатить? — ухмыльнулся он и хищно поднялся.
В тишине и полумраке кабинета звук щелчка кресла пронзил внутренности Ульяны острой болью.
Высокий, широкоплечий, с потемневшим взглядом он подошел вплотную и потянулся к ее шее, и она не шелохнулась.
— Я приму вашу благодарность, но в другой форме, — нагло улыбнулся он и недвусмысленно погладил пальцем край воротничка ее рубашки, а затем потянул его на себя и понизил голос до шепота — Я не ем сладкого… Но сама ты пахнешь та-ак…
Кирилл наклонился и с шумным вдохом провел носом от ее виска к шее. Аромат ее кожи мгновенно ударил по всем нервным окончаниям, разнося по его телу электрические разряды. Во рту пересохло от желания, и в паху запульсировало.
