В сегодняшней газете опубликован Указ о награждении орденами и медалями солдат и офицеров чехословацкой воинской части в СССР. Орденом Ленина наградили командира части Людвика Свободу, звание Героя Советского Союза посмертно присвоено надпоручику Ярошу Отакару. Эта часть, вернее, батальон был сформирован в Бузулуке. Он вступил в бой у деревни Соколово на Харьковщине. Сражался мужественно, сдерживая численно превосходящих немцев. О его доблести свидетельствует награждение 87 солдат и офицеров орденами и медалями СССР.
Через несколько дней Свободе в Кремле вручали высокую награду. Пригласили мы его в редакцию. Он рассказал о своем батальоне, о мечте вступить на землю своей родины. Но мог ли я тогда представить себе, что его мечта осуществится и что в тот час я буду рядом с ним на первой пяди отвоеванной чехословацкой земли на Дуклинском перевале? Но об этом я еще расскажу…
Накануне моего отъезда в Краснодар зашел ко мне Симонов. Принес стихотворение «Ленинград». Как заведено, при нем прочитал: стихи как стихи, не самые лучшие из того, что он сочинил. Взял карандаш, чтобы написать: «В набор». Но Симонов задержал мою руку:
— Обожди. Я дал стихи Блантеру, обещал написать музыку…
И вот сегодня они напечатаны вместе с нотами. Но песня эта не стала популярной. Симонову с песнями вообще не везет. В прошлом году мы напечатали его песню «Комиссары», тоже с нотами Блантера, и ее не запели. И даже из такого известного стихотворения, как «Жди меня», песня тоже не получилась. Музыку на нее писали многие композиторы. Увы, ни одна из этих песен не смогла сравняться в популярности со стихами.
23 апреля. Если на земле было более или менее «спокойно», то в небе вовсю развернулись воздушные бои. Особенно большой размах они получили на Кубани. Об этом я узнал, когда был в Краснодаре, из беседы с командующим фронтом И. Е. Петровым. Он сказал мне:
— Сейчас у нас на Кубани идут воздушные бои, равных которым не было, нет и, быть может, не будет. Весь цвет нашей авиации сейчас на Кубани. Здесь и Покрышкин, и братья Глинки…
Петров имел в виду воздушные бои, которые вошли в историю Отечественной войны как «Кубанское воздушное сражение», в котором наша авиация завоевала господство в воздухе. В ту же ночь я вызвал сюда по прямому проводу из Москвы наших авиаторов. И вот в газете репортажи и корреспонденции о делах «небесных» на Кубани.
Немцы стянули сюда крупные воздушные силы. Они не ставили перед собой стратегических задач: наступать в этом направлении не собирались, сил для этого не было, но в воздухе было очень жарко. Беседовал я с авиаторами, стараясь выяснить, какую же цель преследуют немцы, бросив в бой такое количество самолетов. Они по-разному объясняли происходящее. Враг задался целью подорвать силы нашей авиации и вместе с тем устрашить наш народ массовыми бомбардировками. Другие высказали такую мысль: немцы подтянули свежие силы в расчете на то, что молодые летчики пройдут здесь практику, накопят опыт. Пленные немецкие летчики, сбитые во время воздушных боев, на допросе заявили, что это их второй боевой вылет. В первый они лишь знакомились с обстановкой и даже летали без бомбовых запасов, чтобы легче было маневрировать и уходить из-под атак истребителей. Была высказана и такая мысль: немцы просто хотят отомстить нам в воздухе за свои поражения на земле.
Однако главное, если говорить о стратегической цели, состояло в следующем. Как известно, после отступления на юге немцы создали оборонительный рубеж на подступах к Донбассу, по реке Миус, так называемый «Миус-фронт», и перебросили сюда мощные воздушные силы, чтобы удержаться на этих позициях. Обо всем этом и рассказывает газета.
В корреспонденциях раскрывается и тактика немецкой авиации. Многое узнаем мы о доблести и искусстве наших летчиков. Вновь появилось имя Александра Покрышкина. Он тогда еще не был ни генералом, ни маршалом, а был только капитаном, но дела вершил незаурядные. Вот что сообщают о нем наши спецкоры: гвардии капитан Покрышкин, летевший в паре с летчиком Науменко, атаковал группу «мессершмиттов» и с первых же выстрелов сбил одного из них. Сделав горку, он увидел, что два «мессершмитта» атакуют Науменко. Покрышкин немедленно пришел на помощь товарищу и атаковал второго немца. Вражеский самолет загорелся. Продолжая полет, Покрышкин увидел еще одну группу немецких истребителей и, пользуясь преимуществом в высоте, атаковал их. Еще один — третий в этом бою — самолет врага был подожжен.
