Кейт смотрит на часы: сейчас 21:30. Аннабель и Крис приедут в течение часа. Она уже собирается отложить дневник в сторону и пойти вниз, но тут что-то выпадает с последних страниц. Спрессованная маргаритка с пестрыми лепестками и коричневыми краями. Кейт тронута. Ведь кто-то присвоил этой мелочи ценность, равно как и воспоминаниям, связанным с этим цветком. Она начинает размышлять о прошлом Марисы, было ли хоть что-то из рассказанного ею правдой. Мариса говорила, что близка со своими родителями, у ее матери было несколько выкидышей перед рождением младшей сестры. Кейт и Джейк оказались тронуты ее историей, значит, девушка не понаслышке знает о бесплодии. Мариса сказала, что обсуждала это с матерью уже в сознательном возрасте. Или она все выдумала? Может, зря они и агентство поверили в ее рассказы? Возможно, Мариса солгала и подделала некоторые документы о прошлом, образовании или истории болезней? Выходит, они пригласили неуравновешенную незнакомку в свой дом и доверили ей ребенка, и теперь уже нет путей отступления, возможности исправить ошибку?
Желчь подкатывает к горлу, Кейт чувствует приступ тошноты. Она решает положить цветок обратно, но неловкое движение распахивает страницы дневника. На задней обложке она замечает небольшой кармашек, в котором лежит свернутый листок бумаги. Кейт разворачивает его. Это рецепт. Она щурится, чтобы разобрать мелкие буквы.
«Рисперидон, таблетки по 1 мг»
Кейт никогда не слышала о таком лекарстве, достав телефон, она дрожащими пальцами нажимает на иконку поисковой системы. Появляется ответ на запрос: «Показания активных веществ препарата Рисперидон: лечение шизофрении и психотических состояний, для уменьшения аффективной симптоматики». Проверяет имя на рецепте. Выдан мисс Марисе Гроувер шесть месяцев назад.
– Невероятно, – восклицает в ужасе Кейт.
На рецепте отсутствует отметка о погашении. Четыре месяца назад был перенос эмбрионов, и именно тогда поведение Марисы стало странным. Кейт и Джейк списали это – наивно, как она теперь понимает – на гормональную перестройку организма в период беременности. Получается, что Мариса сидела на этих антипсихотических препаратах? Но перестала их принимать, чтобы они не мешали ходу беременности?
– Не может быть, не может быть, – снова повторяет она.
Раздается звонок в дверь.
Родители Джейка уже здесь.
Кейт бежит вниз с блокнотом в руке. Звук дверного звонка взволновал Марису, она проснулась и допрашивает Джейка о том, что происходит.
Когда Кейт осторожно проходит мимо них, Мариса обнимает его за шею.
– Не позволяй ей причинить мне боль, не позволяй ей причинить мне боль.
– Я ничего тебе не сделаю, – старается спокойно говорить Кейт, насколько вообще позволяют ее страх и ярость. – Вообще-то это
Джейк шикает, но неизвестно, на кого из них. Кейт открывает дверь. На пороге стоит Крис. Она испытывает прилив благодарности и облегчения, и чувствует, как начинают дрожать ноги.
– Входите, входите.
Крис заходит.
– С тобой все в порядке? – шепотом спрашивает отец. – Эта рана выглядит неважно. – Мужчина указывает на ее лоб.
– О, это… нет, все нормально. Выглядит хуже, чем есть на самом деле. А где Аннабель?
– На стоянке. Я решил, что лучше оставить ее там и пойти одному. Судя по тому, что ты сказала мне по телефону, дело срочное.
Кейт вцепляется в рукав пиджака.
– Спасибо вам.
Отец поглаживает ее по руке.
– Не стоит благодарности. Для этого и нужна семья. Сейчас мы ее успокоим, стабилизируем состояние, и ребенок будет в безопасности, не волнуйся.
Кейт быстро рассказывает о рецепте и дневнике и описывает текущее состояние Марисы. Отец кивает.
– Ага, понятно. Ясно. Сейчас во всем разберемся.
Она пропускает его в коридор, и мужчина опытным взглядом окидывает картину происходящего. Джейк, все еще прижимая голову Марисы к груди, говорит:
– Привет, пап. Прости за беспокойство.
Крис качает головой и подносит палец к губам, приказывая сыну помолчать.
– Мариса? – обращается к ней Крис, голос мягкий, но уверенный. Кейт отмечает, что впервые слышит в его голосе такую твердость. – Меня зовут доктор Старридж, и я присмотрю за тобой, договорились?
Мариса поднимает голову и смотрит на него. Зрачки расширены. Лицо доверчивое, но она слегка удивлена. Теперь она кажется спокойной, словно хочет, чтобы о ней позаботился этот незнакомый пожилой мужчина, который уже присел рядом и проверяет пульс.
– Мы позаботимся о тебе. Ты только не волнуйся. А теперь обо всем по порядку. Давай начнем с чашечки чая?
– Да, пожалуйста, – хрипло соглашается Мариса.
Крис подает сигнал Кейт, и она идет на кухню, оставив троицу в коридоре. Снова раздается звонок в дверь. Аннабель. Кто-то впускает ее, и Мариса сразу же начинает кричать и плакать. Крис продолжает повторять свою успокаивающую скороговорку, а тем временем Кейт наливает очередную чашку чая и слышит, как шум постепенно стихает, пока не наступает полная тишина.
