– Тут есть глупая шутка, – сказал я. – И меня начинают злить эти шутники…
Я действительно слегка разозлился. Это мог быть только Уистлер, остальные на шутников походили меньше.
– И… что делать? – Мария отряхнула маску от пыли.
– Дней восемь пути, – сказал я. – Ничего страшного, комаров здесь нет, прогуляемся, воздухом подышим, поспим у костра. Отдышимся от пыли…
– Восемь?! По тундре?!
Мария загрустила.
– Может… сигнальный костер? – предложила она. – Разожжем и нас заметят?
– В ранце есть обязательный трансмиттер, – сказал я. – Здесь, конечно, нет дирижаблей СЭС, но аварийные частоты одни во всех колониях. Если активировать трансмиттер, за нами прилетят. Через час. Костер совершенно необязателен.
– Трансмиттер? – поморщилась Мария. – Но это… Трансмиттер включают при настоящей опасности, так? Не оставляющей сомнений?
– Так.
– А без трансмиттера никак? И без похода? Ян, придумай чего-нибудь, ты же специалист…
Пылевой гейзер слабел, пыль оседала, растекалась серыми волнами.
– Нам следует отдохнуть, – предложил я. – Минут десять.
И сел в мох.
– Что?
– Отдохнуть. Завтра в обед… Максимум к вечеру нас отсюда заберут.
– Завтра вечером… Почему ты так уверен?
– С утра у меня заседание Жюри. Если я не явлюсь, Штайнер пошлет Шуйского, Шуйский проверит мой номер, затем столовую, затем отправится в эллинг и прочитает навигационные логи ховеров. К вечеру, не позже, за нами прилетят.
– Пожалуй… Весь день на крыше? И ночь…
– Можно в поход, тогда подберут по пути.
– Лучше на крыше. Славно прогулялись.
Гейзер выдохся, пыль текла по наклонной крыше к краю, просачивалась в щели.
– А мне понравилось, – сказал я. – Развеялись немного. Поучительный и познавательный поход.
– Ты думаешь? Хотя ты прав, небесполезный поход. Я кое-что нашла.
Мария открыла замки, откинула крышку ранца.
– На лестнице, когда началась пыль. Откуда-то вывалилась…
Тетрадь.
– И что в ней?
Мария открыла.
– Дома почитаю… Кто-то вел записи…
Мария дунула на страницу. Пыль.
– Я думаю… Вдруг что интересное…
Над горизонтом показалась черная точка, со стороны юга. Штайнер проницательней, чем я предполагал.
– Я говорил, найдут быстро. Жаль, поход нам не помешал бы…
Ховер ускорился, пошел на снижение.
– Поход потом… А вот со Штайнером пора поговорить…
Мария сердилась.
Ховер опустился на крышу, откинулся фонарь, из машины показался Уистлер.
– Все понятно, – брезгливо сощурилась Мария. – Как могло быть иначе, кто бы сомневался…
Уистлер, перешагивая через обломки, подошел, выглядел нездорово, лицо правой частью слегка опухло, не выспался.
– Привет, друзья! Вы, как погляжу, вовсю развлекаетесь без меня.
Бодро.
– Привет, – сказал я.
Стоит поговорить. Шутки шутками, но границы… не стоит забывать.
– Как ты нас нашел? – строго спросила Мария.
– Я использовал мозг, – зевнул Уистлер.
– Правда? – не удержалась Мария.
– Разумеется, не полностью, всего полтора процента, но, чтобы вас найти, этого хватило с избытком. Я проснулся…
Уистлер проснулся, записал странные мысли, поговорил со мной, пообедал, решил прогуляться, но ни меня, ни Марии в номерах уже не застал, поэтому не утерпел и отправился в эллинг.
Едва Уистлер вошел в эллинг, как увидел ховер, опускающийся на стартовый стол. В ховере никого, но Уистлер проверил координаты по логу.
– Могу поспорить, Ян, это была не твоя идея – отправиться в развалины, – улыбнулся Уистлер. – Развалины – это по части барышень… барышни, руины, хризантема и зонт, тайны старого штангенциркуля… – не удержался, в свою очередь, Уистлер.
– Идиот, – констатировала Мария. – Впрочем, как все синхронные физики.
Мария секунду раздумывала – не влепить ли Уистлеру классическую оплеуху, так наверняка поступали многие героини книг о неудачах синхронной физики, но все-таки Мария воздержалась, возможно, ее смутил присутствием я.
– Идиот, – утвердительно повторила Мария.
Мария направилась к ховеру.
– Давай поспорим, что не улетит, – предложил Уистлер.
– А на самом деле? – спросил я.
Уистлер рассказал. Что он проснулся, и ему в голову неожиданно явились мысли, он их записал, в последнее время он записывает все затейливые мысли, потом заглянул я, и Уистлер поговорил со мной, после немного поспал, и сны ему приснились странные, он решил их обсудить, отправился в библиотеку, там никого, отправился в столовую, там Кассини и Штайнер едят кашу и, как всегда, ругаются, поспешил ко мне – пусто, и у Марии пусто, тогда он сразу понял, где мы можем быть.
Задействовал полтора процента своего мозга и выбрал старый Институт.
– Как наш ховер вернулся в эллинг Института? – спросил я.
Мария забралась в кокпит, захлопнула фонарь.
– На автопилоте, – ответил Уистлер. – Это единственный вариант. Вы оставили машину на крыше, случился сбой – и ховер отправился обратно самостоятельно.
– Разве это возможно?
– Ты забыл, где находишься, – улыбнулся Уистлер. – Это же Реген. Здесь нельзя доверять даже технике. Ну или…
– Что?
– Или кто-то из вас ввел в автопилот программу возвращения.
– Для чего? Я не вводил… Мария? Так она еле с управлением справляется…
– Это, конечно, ужасно… – ухмыльнулся Уистлер. – А я всегда думал…
